Драко появился десятью минутами позже с окровавленным затылком и, по-видимому, сломанным предплечьем, здоровой рукой он с трудом поддерживал Пэнси, которая морщилась от боли, прижимая ладонь к сломанному ребру, её нижняя губа была рассечена, а под глазом уже довольно заметно проявился синяк. Гермиона подорвалась с места, увидев их в таком состоянии, но настоящий ужас охватил её, когда вслед за ними в башню трансгрессировал Элай, который с трудом удерживал на руках бесчувственное тело.
— РОН! — воскликнула Гермиона, подбегая к дворецкому.
Тот аккуратно сгрузил тело парня на пол, и она бросилась перед ним на колени, прижимая ухо к его груди. Если бы не слабое биение сердца, она бы решила, что он умер: лицо и руки Рона были усыпаны множественными порезами, а при ближайшем рассмотрении Гермиона заметила серьёзный ожог, который покрывал большую часть его спины.
— Один из людей Лестрейнджа добрался до него сразу после того, как его обожгла Адрия, — пояснил Драко.
Это было слишком. Гермиона, почувствовав внезапно охватившую её слабость и прислонилась спиной к стене, так и не поднимаясь с холодного пола.
— Рон… — слабым голосом пробормотала она. — Какого чёрта ему надо было возвращаться сюда?
Драко помог Пэнси присесть на каменный выступ в стене, после чего повернулся к Гермионе, не скрывая волнения и чувства вины.
— Нам надо уходить.
Она бездумно взглянула на него и согласно кивнула:
— Но нам понадобится карета, чтобы перевезти Рона и Пэнси.
Драко тяжело вздохнул, прикусил губу, но всё же продолжил:
— Я имею в виду, нам с тобой надо уходить.
— Что? — недоверчиво переспросила Гермиона, переводя взгляд с Драко, на Пэнси и затем на Элая — все трое выглядели крайне взволнованно.
— Все выходы перекрыты, мы не сможем взять экипаж, — пояснил Драко. — Уизли и Пэнси нужна серьёзная медицинская помощь, и никто не может трансгрессировать из поместья — даже я. Мы ни за что не выберемся все вместе, не привлекая внимания.
— То есть мы просто бросим их здесь? — вскинула бровь Гермиона, даже не пытаясь скрыть раздражения.
— Это единственный выход, — произнесла Пэнси, с трудом превозмогая боль.
— Я останусь с ними, — попытался успокоить Гермиону Элай.
— Прекрасно! — воскликнула она. — Теперь вы можете умереть втроём.
— Когда мы выберемся из замка, у Лестрейнджа не будет причин здесь задерживаться, — попытался успокоить её Драко. — Всё уляжется, и Элай доставит их обоих в больницу.
Гермиона громко выругалась и поднялась с пола.
— Ты вообще себя слышишь?! Пэнси с трудом передвигается, а Рон… Мерлин знает, как близко он сейчас к смерти, а ты просто хочешь бросить их здесь?
— Если мы возьмём их с собой, они всё равно не выживут… Никто не выживет, — спокойно пояснил Драко.
В этот раз Гермиона не стала сдерживать слёзы, которые свободно покатились по её щекам, оставляя мокрые дорожки. Она заметила, как Малфой сделал неуверенный шаг в её сторону и приподнял было руку, но потом, видимо, передумав, отступил назад.
— Пожалуйста, — тихо взмолился он.
Гермиона не ответила, чувствуя, как её лицо краснеет от злости и стыда. Она сделала это с Роном… со всеми. Какая-то часть неё хотела броситься назад в зал и прикончить Лестрейнджа. Что-то сродни животному инстинкту почти завладело её сознанием, но, ощутив прохладную ладонь Драко на своей руке, она вернулась в реальность.
— Пойдём, — негромко сказал он.
Гермиона приблизилась к Рону и опустилась перед ним на колени, одновременно ненавидя его за то, что он вернулся, и себя — за то, что позволила этому случиться. Она осторожно коснулась губами его лба и дотронулась ладонью до его щеки, всем сердцем надеясь, что любые несчастья, которые готовило будущее, коснутся только её и никого другого. Она повернулась к Пэнси, и та слабо улыбнулась в ответ, слегка поморщившись, когда Гермиона коснулась её плеча. На прощание Элай склонился и поцеловал руку девушки, негромко проговорив:
— Будьте сильной.
Драко хотел что-то сказать Пэнси, но она жестом остановила его и послала ему воздушный поцелуй. Не говоря больше ни слова, Драко и Гермиона открыли потайной ход и, последний раз взглянув на друзей, скрылись в мрачной темноте узкого коридора.
========== Глава 24. Битва умов. Часть 2. ==========
Дом двенадцать на площади Гриммо не сильно изменился с тех пор, как им владел Сириус. После вступления в права наследства Гарри починил скрипучие лестницы и подновил краску на стенах, но коридоры остались такими же мрачными, двери — такими же поцарапанными, а пол — таким же холодным. Гарри приезжал сюда с Роном, Джинни и Гермионой каждое лето, но всю оставшуюся часть года дом пустовал и безмолвствовал, бережно храня секреты угасшей семьи Блэков.
Покинув поместье, Драко и Гермиона не обмолвились ни словом, в беспокойном молчании они оседлали мётлы: Драко — новенький Ветрорез 4000, а Гермиона — всё ту же поддельную метлу Виктора Крама. Двухчасовой перелёт завершился на безлюдной улочке Лондона, где девушка, будучи одной из трёх хранителей, без труда отыскала нужный дом и прошла внутрь, впуская Драко вслед за собой.
