— Вопрос, — согласился Август. — Второй вопрос — что означает трость, которой Даймон убил Хи Бруно. Вещь уникальная и явно краденая. Но никто о пропаже не заявлял, на трости нет ни следов, ни каких-либо указаний на владельца. Вместо месседжа вышел пшик. Нельзя исключать, что месседж был не нам, поэтому мы теряемся в догадках.
— Зато ясно, почему труп Хи Бруно подбросили Хенте Ахири.
— Ну, тут и школьник догадался бы. Простолюдину надоело своеволие Аристократа, и он прислал ему самое убедительное сообщение об этом, какое можно было придумать.
— Думаешь, поймет? — с сомнением спросила я.
— Ой, вряд ли. Скорей рассвирепеет окончательно.
— В общем, все обменялись дружескими посланиями. И что дальше?
— Ничего. — Август придвинулся к столу, брезгливо оглядел столешницу, протер ее одноразовой салфеткой и только потом облокотился. Поглядел на меня и с надеждой спросил: — Ты ведь чувствуешь себя неважно?
— Не то слово.
— Хорошо. Я даю тебе отпуск.
— Ты в своем уме?! Сейчас?!
— А что? Я даже вот что придумал. Ты отдохнешь и восстановишь здоровье. Есть отличное место — поместье лорда Рассела. Он тебя приглашает.
Я утихла. Поместье на Кангу — родина эльфа Джона Смита.
— Ты хочешь…
— Почему бы бывшей жене князя Сонно не нанести визит лорду Расселу? Ходят слухи, вы с Максом помирились и скоро снова поженитесь. А Рассел его друг.
— Правда, что ли?
— Что — правда? Что ходят слухи или что вы поженитесь?
— Слухи всегда ходят, — отмахнулась я. — Стоит нам с Максом встретиться на людях… Он сам их и распускает.
— На этот раз их распустил я, — заявил Август.
— Зачем?!
— Затем, что мне это выгодно.
— Ну, прекрасно. А мне как реагировать?
— Все отрицай и загадочно улыбайся.
Я загадочно улыбнулась. Так, для тренировки.
— Подойдет, — оценил Август.
Вот зараза, вы только подумайте.
— Август, все хорошо в легенде, только я не могу отправиться туда одна, это выходит за рамки этикета. А с Максом не поеду, хоть режь меня.
— Не проблема. С тобой поедет Эмбер Мелроуз. Я говорил с ней, она согласна. Ей иногда хочется вырваться из-под материнской опеки, и она любит путешествовать. Ее мама не возражает, чтобы Эмбер поехала с тобой в гости.
— Гм, — только и сказала я.
Уговорить леди Мелроуз выпустить из рук свой любимый оранжерейный цветочек, это надо постараться.
— Когда?
— Рейс послезавтра. Завтра ты как раз поприсутствуешь при обыске у Бейкера, а послезавтра — на Кангу. И я тоже уеду. Моя младшая сестра выходит замуж, я должен лететь на Землю.
Я нахмурилась. Все это было очень не похоже на Августа.
— Послушай, мы же встали на горячий след. Какие сейчас поездки?
— Пусть Аристократ и Простолюдин подерутся. Кто-нибудь чем-нибудь себя выдаст. Нам сейчас нечем заняться. Пока еще завершат все экспертизы… Неделя есть, точно есть.
— Как скажешь, шеф.
— Ну вот и договорились.
Перед сном я проверила информацию по таблоидам. Таблоиды уверяли, что в пятницу состоится бракосочетание Ирэн Лейлы Маккинби и Джозефа Артура Сольяно.
Я даже удивилась, честное слово. Потому что подспудно была уверена: Август лжет.
Чего это его потянуло к семье?
Я познакомилась с Августом еще в университете. Мы оба учились на втором курсе — я на тактической разведке в Военном, он на криминалистике в Государственном. Тогда отношения не сложились, и у меня не было повода жалеть о том. Последний раз я видела Августа — издали — в середине третьего курса, он уже обрился наголо и, хотя заметил меня, даже не подошел поздороваться, даже не кивнул. Потом я отправилась в армию и совершенно забыла о его существовании. Наши пути разошлись, как я думала, окончательно.
Три года спустя мы встретились снова. У меня был период, когда я ненавидела все, что напоминало мне о существовании аристократии в нашем обществе. Подумать было тошно, что они вообще есть — крупные землевладельцы, хозяева целых планет и даже звездных систем. Когда Галактику только осваивали, самые хваткие регистрировали в частную собственность огромные пространства. Тогда была эпоха звездных королевств и империй. Потом ужесточилась налоговая система, многие из хитрецов разорились, а другие — приумножили богатства. Их потомки и стали нынешней аристократией, которую по привычке звали звездными принцами. Некоторые сохранили за собой даже титулы — князья, герцоги, графы, бароны. На мой взгляд, титулы уж точно — дурацкий пережиток, но я не принцесса, скажете вы, мне не понять, — и будете правы.
