— Тетушка! — воскликнула я, схватив её за плечи, когда с опозданием до меня дошло, то что она только что сказала. Нет не про женскую хрупкость и сильные мужские плечи. А про магинь! Магинь! Государственную службу! Вот он мой шанс. Я даже улыбнулась, и на этот раз моя улыбка была искренне счастливой.
— Али, что случилось? — тетушка испугалась моего порыва, наверное, полагая, что мне стало дурно.
— Ты просто… Я люблю тебя! — воскликнула я и бросилась обнимать тетю Марту.
— Ох, дочка! — сквозь слезы засмеялась та, — Алитара, а как мы то тебя любим! Ты не думай, просто жизнь она такая! А герцог неплохой, все образумится, и любовь придет, — родственница слегка отодвинулась от меня и внимательно посмотрела мне в глаза.
— Ну разве можно тебя не полюбить? У него просто нет шансов.
— Да, да, тетушка! Не волнуйся, теперь все точно будет хорошо. Спасибо тебе! — согласно закивала я, мысленно просчитывая в голове возможные варианты. Сейчас середина августа, а значит набор в Академию ещё не закончен. Сегодня суббота, а значит набор только до двух часов дня. Сейчас полдень и свадьба вот-вот начнется. У меня есть все шансы успеть попасть до конца приемного дня.
— Ну что ты, милая! Всё в порядке. Ты главное улыбайся…
— Тетушка, а сколько у меня есть времени? — перебила я, с нетерпением понимая, что у меня, наверное есть всего один шанс, нет даже полшанса, и практически нет времени на его осуществление.
— Я бы хотела… помолиться и попросить благословения у папы с мамой и, конечно же, у Пресветлой. Ты же понимаешь?
— Ох, милая, кончено, если бы они видели тебя сейчас, какая ты красивая!
— Тетушка!
— А, да, извини, дорогая. Я обязательно передам Варгу, чтобы он подождал. Думаю, минут десять все подождут, от них не убудет. Пусть дадут тебе уединения. Хочешь ли ты позвать жрица?
— Нет, тетушка, не хочу никого рядом… как если бы были только родители… и я. Понимаешь?
— Ох, Али, кончено, милая. Тогда не буду тебя задерживать. Помолись и выходи, а я скажу Варгу, он будет ждать тебя у двери.
— Спасибо, тетя, — я глубоко вдохнула и опустилась на колени, сцепив руки в замок. Я собиралась молить Пресветлую богиню, покровительницу навестит, жен и просто влюбленных девушек и женщин о помощи и родителей о понимании и прощении, потому что для осуществления так вовремя подкинутой тетушкой идеи, мне понадобятся нечеловеческое везение. Дверь за моей спиной потихоньку закрылась с мягким стуком, давай понять, что я осталась одна.
— Пресветлая, папа… мама. Прошу Вас о помощи и снисхождении, ибо иначе я не могу. Не так, когда все мое естество противится такому браку. Я молю о любви и верности, как у вас, как у тети с дядей, и лучше останусь старой девой, чем так, без любви и уважения, — в сердцах протараторила я и открыла глаза, смотря на мир уже другим, уверенным взглядом, из которого ушла обреченность, потому что я знала, что делать. Потому что я права, а значит боги на моей стороне, а люди… да что они понимают.
