— А смертных мужчин тоже постигала такая участь или только девушек и женщин? — спросила Рохейн.
— Конечно, — поспешила ответить герцогиня.
— Что ж, — сделала вывод Рохейн. — Мне кажется, эти небожители довольно опасный народ, эгоистичный и жестокий во многих отношениях. И, пожалуй, чрезмерно своенравный и слишком гордящийся бессмертием.
— Тем не менее их бессмертие не безусловно, — сухо заметил Бард.
— Что вы имеете в виду?
— Возраст и болезни им не грозят, но насилие может принести большой вред.
— И даже тогда, — вмешалась герцогиня, — можно только уменьшить их количество, но уничтожить полностью никогда.
— Но как насилие смертных может принести вред магии, которой владеют Светлые? — усомнилась Рохейн и, помолчав немного, добавила: — А возможно, чтобы кто-то из этого народа или люди смешанной крови остались в Эрисе? Например, дети от браков между Светлыми и смертными, как ребенок Эйлиан?
— Насколько известно, — сказал Бард, — таких детей родилось очень немного. Может быть, всего человек двадцать, не больше. Ни один из них не появлялся в нашем мире с тех пор, как закрылись проходы. Они предпочитают оставаться на другой стороне.
— А что касается потомства детей от смешанных браков?
— Их не осталось. Дети Светлых и людей оказались бесплодны.
— А не могло случиться так, что один из Светлых был похищен смертными? — спросила Рохейн.
— Могло, конечно! — ответила герцогиня. — Такое возможно, если знать, как это сделать. Многие смертные мужчины отчаянно влюблялись, увидев девушку Светлых. Откровенно говоря, некоторые их красавицы, которые хотели смертных мужчин, позволяли себе становиться невестами. Я не говорю — любили, потому что не верю в их способность любить так, как мы понимаем это чувство. — Герцогиня помолчала и добавила: — Светлым женщинам разрешалось становиться женами людей.
— Но никогда против их воли! — воскликнула Рохейн.
— Только однажды, — снова вступил Томас, — случилось предательство, потому что девушки-лебеди, глупые болтушки, выдали секрет, как это сделать. Они раскрыли тайну человеку, без памяти влюбленному в Светлую. — В глубине его глаз мелькнула тревожная тень. — Эта история — самый примечательный пример того, как люди воровали их девушек. Похищения невест безродными смертными вызывали протест у лордов королевства. А после этого происшествия один Светлый принц стал развлекаться в компании неявной нежити. Они вылавливали смертных и мучили их.
— Так как же тогда смертному удалось украсть их девушку? — удивилась Рохейн.
— Их нельзя было украсть, как невест других существ, — объяснил Томас. — У одних отнимали силу, украв расческу, у девушек-лебедей — их накидку из перьев, а у шелкунов — кожу. Для Светлых же существовали специальные слова и поступки, которые заставляли их остаться в нашем мире.
— Ненадолго, — перебила его герцогиня. — А когда девушка покидала смертного, он тоже вскоре уходил — уж простите за мрачность — в могилу. Во всех случаях любовь между Светлыми и смертными заканчивалась трагедией.
Веселые компании крестьян, приплясывая от холода, ходили по Каэрмелору, распевая на перекрестках и перед домами традиционные новогодние песни, за что их награждали монетами, пирогами или глинтвейном. Вдоль улиц тянулись телеги, развозящие дрова, чтобы поддерживать камины и печи в новогоднюю ночь. На рынках шла бойкая торговля. В мастерских ночи напролет горели лампы, местные умельцы заканчивали изготовление заказов для аристократов. Обмен подарками считался самой любимой традицией горожан.
Вдоль улиц развесили разноцветные лампы, соперничающие с гранатовым сиянием древесного угля в печах продавцов жареных каштанов. Под мерцанием Южной звезды суета в Каэрмелоре продолжалась до поздней ночи, но сейчас город спал. Только свирепый ветер раскачивал лампы и гасил огонь в жаровнях, а на западе небеса прорезали молнии, похожие на зеленые скелеты.
Погода была штормовой, необычной для Нового года, и люди связывали сей факт с тем, что на северных границах, в Намарре, собиралась неявная нежить.
— Это их проделки, — шептали горожане, опасливо оглядываясь по сторонам. — Наверное, это предвестники первой атаки. Нечисть вступила в союз с варварами. Как можно победить таких врагов?
Под внешней оболочкой веселья скрывался ужас.
Канун Нового года.
Когда часы пробили последний раз, обозначая полночь, наступило время Обратного правления, которое должно было продолжаться до рассвета Дня зимнего солнцестояния. По традиции в это время лорды менялись местами с лакеями, а леди ходили в башмаках горничных. То есть мир на несколько часов переворачивался с ног на голову, и так продолжалось до первых петухов.
Но до этого шел праздник.
