Я должен уехать из Каэрмелора, — продолжал он. — На севере опять беспорядки. Но на сей раз все гораздо серьезнее. После периода незначительных вылазок предводители варваров собираются начать в Намарре настоящую войну. Мы отправили туда много войск, чтобы укрепить позиции. Группа из двухсот семидесяти солдат Первого Кавалерийского дивизиона илианской армии, базирующаяся в Корвате, летит туда на Летучем корабле. Еще два утром доставят в Намарру семьсот воинов, они развернутся через два-три дня. Я не могу взять тебя с собой, но и здесь опасно оставаться, поэтому придется вас с Эдвардом отвезти в одно достаточно безопасное место, пока я буду отсутствовать.
— Значит, мы расстаемся…
Рохейн показалось, что в венах застыла кровь. Торн крепко прижал девушку к себе.
— Неужели ты думаешь, что я хочу этого? Мне необходимо, чтобы день и ночь ты была рядом, моя радость. Но не могу же я подвергать тебя опасности. Поле боя — не место для хрупкой женщины.
— Я не боюсь опасности. Возьми меня с собой!
Король прижал к ее губам палец и покачал головой.
— Нет. До тех пор, пока я не вернусь, Золотоволосая, ты будешь жить в другом месте.
Из «Поцелуя Розы»
Три сотни морских миль отделяли Каэрмелор от небольшого острова на полпути от бушующего пролива Домджаггер к северу от Мыса Бурь и к югу от Мыса Ветров. Здесь находился район, который морские корабли обычно не посещали. Его земли всегда укутывали густые облака. Казалось, здесь царили сумерки, когда везде светило солнце и день был в самом разгаре.
Боцман свистнул. Над головой заскрипели снасти. С моря, наполняя паруса, подул легкий бриз.
Неожиданно в тумане образовалась брешь, в которую, словно сквозь замерзшее стекло, можно было увидеть землю. О челюсти рифов, обрамляющих ее, разбивались волны, образуя высокие шапки пены. Дальше, едва заметная в тумане, высилась гора, коронованная бледными облаками. Под ними по морю плыл остров.
— Выпусти птицу, — приказал Торн своему оруженосцу.
Тот бросил в небо что-то похожее на снежок или скомканную бумагу. Но в воздухе сверток расправил крылья и оказался голубем, сразу взявшим курс на остров. Все смотрели, как летающий курьер исчезает из виду. Жалобно скрипело дерево, ветер приносил с собой крики чаек.
Потом что-то блеснуло — медная пуговица на темном полотне земли.
— Вот он! — воскликнуло сразу несколько голосов. — Маяк!
По этому сигналу команда начала действовать. Рулевой повернул штурвал, паруса наполнились ветром, и корабль стал набирать скорость, заскользив по небу к острову.
Ориентируясь на маяк, деревянная птица пролетела по узкому проходу между рифами. Над гаванью возвышались базальтовые террасы, карабкающиеся по скалам к вершине, доминировавшей над всем островом. Пик отбрасывал на воду чернильно-черную тень. Судно казалось маленьким пятнышком света на темном пруду. У берега на якоре стояли красные птички рыболовецких суденышек, направив носы на запад. Некоторые из них отправились навстречу кораблю. На борт были подняты сумки с письмами и клетки с белыми голубями. Хотя это был не купеческий корабль, большинство островитян пришли посмотреть на Короля-Императора — его давно не было на острове, — а также поприветствовать принца Эдварда и леди Рохейн, слухи о которой опередили Летучий корабль.
Волосы Торна смешались с тяжелыми золотыми прядями, когда он прижал Рохейн к себе. Пока на воду с клипера спускали шлюпки, влюбленная пара прощалась, тихо разговаривая на полубаке. Остальные учтиво отошли в сторону. Когда они в последний раз разжали руки, Рохейн почувствовала страшное отчаяние, как будто она срослась с любимым, а теперь их оторвали друг от друга.
— Охраняй ее, Томас, — попросил Торн. — Очень хорошо охраняй.
Впрочем, Рохейн считала, что именно он нуждается в защите и охране, потому что отправляется на войну.
Подул попутный ветер. Силдроновый подъемник опустил Рохейн вниз. Она закуталась в накидку из розовой парчи и села на корме. Рулевой отдал приказ, и их лодка в окружении красных рыбачьих суденышек направилась к берегу, напоминая насекомых с веслами вместо ножек, ползущих по нагретой солнцем тропинке.
