Леди при дворе полностью

— Ваша милость! — выпалила я, едва оказавшись на пороге кабинета лорда Дарроу.

Меня тут же вытолкнуло обратно в коридор неведомой силой, а дверь сама собой захлопнулась прямо перед моим носом.

— Но милорд! — возмутилась я подобным безобразным поведением.

Меня попросту выставили из кабинета, даже не соблаговолив выслушать!

Это уже никуда не годилось…

Подергав дверную ручку, я убедилась, что предусмотрительный мужчина попросту заперся изнутри, защитившись таким образом от моей чрезмерной настойчивости.

Едва только силы вернулись, я решила первым делом дознаться, какое же проклятие лежит на мне, и как оно влияет на меня саму и тех, кто рядом. Если с лордом Дарроу было относительно ясно: его жены умирали, то что именно происходит со мной — оставалось непонятно. Узнать хоть что-нибудь от Шарлотты не удалось. Девчонка сказать ничего не могла, она попросту не разбиралась в проклятиях, ее никто не обучал колдовской науке. Поэтому пришлось идти с вопросами к его милости.

Лорд оказался не настроен откровенничать со мною и всеми силами избегал встреч наедине.

— Милорд! — принялась я стучать в дверь, надеясь взять мужчину измором. — Милорд, ведь это касается меня! Прошу вас, расскажите!

Уговаривать лорда Николаса Дарроу и каменную стену оказалось одинаково бесполезно.

Я упорствовала никак не менее получаса, и лишь после того, как мимо меня прошла, кажется, вся местная прислуга, смирилась с тем, что упрямство его милости во много раз превышает мое. Он не собирался уступать моим мольбам.

— Ну, как ваша попытка в очередной раз взять дядю Николаса измором? — осведомился мистер Уиллоби, который под конец решил составить мне компанию.

Его происходящее, насколько я могла судить, изрядно веселило. А вот мне уже давно было не до смеха.

— Перестаньте смеяться надо мною! — возмутилась я подобной неуместной иронии. — Вы же, в конце концов, говорили, что вы мой друг! А я сейчас в беде! Разве вы не должны мне помочь?

Роберт Уиллоби скептически посмотрел на запертую дверь, потом — на меня и заявил:

— Сейчас вы определенно не в беде, мисс Уоррингтон. Вот если бы дядя вышел…

Надо мною, без сомнения, потешались самым бессовестным образом. И даже не пытались этого скрывать. В зеленых глазах молодого человека танцевали веселые смешинки, а на губах расцвела ироничная улыбка. Хотелось всерьез рассердиться на мистера Уиллоби, но как-то так сложилось, что никакая выходка этого джентльмена не могла уже по-настоящему вывести меня из себя.

— Сколько я могу добиваться от него правды обо мне самой? — в отчаянии обратилась я к мистеру Уиллоби, раз уж его всемогущий дядя посчитал необходимым прятаться от меня в кабинете.

Во взгляде молодого человека на миг мелькнула невероятно сильно раздражающая снисходительность.

— Мисс Уоррингтон, вы же достаточно взрослая барышня, чтобы понять: некоторая правда куда опасней всей лжи мира вместе взятой. Если дядя Николас отказывается вам рассказывать, возможно, так действительно будет лучше для вас — и для всех?

Пока что бунт Роберта Уиллоби против тирании дядюшки не шел дальше разговоров, и я даже не знала, расстраиваться из-за этого или нет. В конце концов, его милость действительно был мудр и больше меня знал жизнь.

— Я способна вынести любую правду! — воскликнула я, даже не пытаясь скрыть собственное возмущение. То, что его милость близко и может все услышать, для меня в тот момент не значило совершенно ничего. — Какой бы она ни была!

Мой собеседник тяжело вздохнул, и попытался было коснуться моего плеча, но я отшатнулась, не позволив ему этого.

— Даже самым сильным правда подчас может нанести тяжелую незаживающую рану, поверьте мне. Как бы ни был силен мой дядя, когда он, наконец, открыл тайну собственного проклятия… Поверьте, мне казалось, что он сломлен… Это не так-то легко — узнать, что именно ты стал причиной смерти любимой. И не только ее…

Мне не с чем было сравнивать, ведь моя судьба оказалась не так жестока… Но сердце кольнуло от сочувствия.

— То есть его проклятие действительно заключается в том, что все леди Дарроу гибнут? — переспросила я, не скрывая горечи в голосе. Его милость был истинным деспотом, но он никак не заслуживал такой жестокой кары.

Мистер Уиллоби на мгновение досадливо поморщился, словно и сам был не рад своей оговорке. Но продолжать разговор все же пришлось. Только его милости удавалось скрыться от меня за дверью, позволить ускользнуть его племяннику я бы не дала.

— Верно… Но если вы скажете дяде, что я все рассказал, то мне не поздоровится. Впрочем, он в любом случае узнает о моей чересчур длинном языке, — мрачно ответил молодой человек, передернув плечами. — Порой он бывает очень уж суров… Особенно, если речь идет о его собственной семье.

О да… Бывает.

— Как бы то ни было… Именно из-за проклятия он не женится больше и не пытается завести детей? — продолжила я расспросы, не собираясь останавливаться, пока не смогу понять все.