У Москвы я еще около часа простояла в пробках. Потом еще час ползла по Москве. В центре вообще творилось что-то ненормальное. Охотный ряд, Моховая, Волхонка – все это безнадежно стояло. У храма Христа Спасителя я решила позвонить. Офис ведь где-то рядом с Пречистенкой.
– Компания «Трансмед». Здравствуйте.
– Добрый день, Алла. Это Евдокия Русакова.
– А! Евдокия Ивановна! Добрый день! Где вы находитесь?
– Я стою в пробке на Волхонке.
– Далеко от Кропоткинской?
– Нет. Я почти уже у Храма. Мне выезжать на Пречистенку?
Алла мелодично помычала в трубку, что-то соображая. Я угадала мелодию рекламы «Данон».
– Знаете что, Евдокия Иванна… Пожалуй, по Пречистенке вам придется ехать еще целый час. Не меньше. Вам будет очень некомфортно проехать одну станцию в метро? Извините, конечно…
– Нет, мне это будет очень комфортно… Но – куда я тут припаркуюсь?..
– Поставьте машину где угодно. Даже – где нельзя.
– Но…
– Не волнуйтесь. Сейчас мы встретимся, вы отдадите мне ключи, и наши люди все сделают. Номер ваш мы знаем. Гибэдэдушку предупредим. Не переживайте. Так… Спускайтесь в метро. Езжайте до станции «Парк культуры», выходите в сторону улицы Тимура… Знаете такую?
– Тимура?..
Алла, слегка снизив громкость, заговорщически замурлыкала:
– Тимура Фрунзе, если по полному… Тимур Тимурыч очень хотел, чтобы у него был офис на улице Тимура.
– А…
– Я вас буду ждать у выхода.
– Как я вас смогу узнать?
– Я вас узнаю сама, Евдокия Ивановна.
– Я смотрю, вы все про меня знаете…
– Почти. На всякий случай сейчас я отправлю вам эсэмэс с моим мобильным. Если вдруг потеряетесь.
Вдруг я вспомнила, что уже больше двух недель не оплачивала мобильный.
– Алла… извините… Я боюсь, что у меня кончаются деньги… Я, наверное, минут на десять задержусь. Оплачу где-нибудь у метро…
– Нет-нет. Все в порядке, Евдокия Ивановна. Мы положили вам пятьсот долларов, не волнуйтесь. Звоните сколько угодно.
– Пятьсот?! Я… верну.
– Нет, это служебные. Через пять минут я буду вас ждать. О’кей?
– Хорошо. Спасибо, Алла.
У меня никогда еще не было пятисот долларов на мобильном. Две тысячи рублей максимум. Я припарковалась напротив Храма, с другой стороны, около Института русского языка. Бибикнула обещанная Аллой эсэмэска.
В метро было душно, но, как мне показалось, весело. Меня поразило обилие очень красивых, стройных и богато одетых женщин. Стало немного грустно. Если они в метро такие, то какие же они в своих машинах, те, кто и в метро-то никогда не ездил?..
На «Парке культуры» ко мне сразу же подошла Алла. Я ее себе примерно так и представляла: худенькая, невысокая, с почти неестественно красивым лицом. Рыжая. Глаза – зеленые, умные. То отвлеченно глядят в пространство, то внимательно всматриваются в твои зрачки. Похожа чем-то неуловимо на мою Ленку, которая вдруг резко похудела и стала серьезной. Рядом с ней стоял печальный лоб в черном кожаном пальто. Такой… Пьеро-вышибала.
– Ну вот и славно, Евдокия Иванна! Это наш шофер Сергей.
– Очень приятно, – сказала я.
Сергей скорбно кивнул головой:
– Аналогично.
– Ключики дайте, – улыбнулась одними глазами Алла. – Сергей перегонит вашу «Ниву» в гараж. Хорошо?
Я достала ключи, протянула Сергею:
– Я поставила ее… знаете… там… рядом с…
– Я в курсе, – почти трагично произнес Сергей, взял ключи, посмотрел на них, как на скоропостижно скончавшуюся любимую морскую свинку, и молча, не прощаясь зашел в метро.
– Ну, пошли? – сказала Алла.
– Пошли.
– Устали? Не выспались?
– Нет, я десять дней отсыпалась.
– В Крестах?
– Д-д-да.
– Как здоровье Надежды Петровны?
– Спасибо, хорошо… Господи, откуда ж вы все обо мне знаете?!
– Не обижайтесь, Евдокия Ивановна.
– Да я не обижаюсь. Просто…
– Понимаете, обо всех, кого Тимур Тимурович берет на работу, он должен иметь исчерпывающую информацию. В рамках разумного, конечно. И без ущемления прав и всего такого. Элементарное служебное досье.
– Вплоть до размера бюстгальтера?
Алла улыбнулась. Теперь не глазами, а только лицом:
– Нет, это лишнее… Личное и лишнее. Хотя иногда…
– Я не понимаю. Насколько мне известно, Тимур Тимурович был ранен. Так?
– Так. Он идет на поправку. Можно сказать, уже поправился.
– Очень хорошо. Но я-то ему зачем?.. Компенсация, что ли, за магазин?
– Обо всем об этом он вам расскажет сам. Чуть позже, когда выпишется из больницы. Скоро вы убедитесь, что Тимур Тимурович… словом – что он хороший человек. Поверьте, вам предлагается очень неплохая работа. Тимур Тимурович знает о ваших деловых качествах. Пару недель на адаптацию – и вы в работе. Никакого пива, никаких Паровозов и Целлюлитов… – Алла властно заглянула в мои глаза. – Ничего такого. Ваша должность… пока… будет называться, скажем, так: менеджер по пиару в сфере маркетинга и торговли.
– Хм…
– То есть, грубо говоря, ваша работа – общаться с людьми. Английский вы знаете прилично.
– Когда-то знала. Но в Курилках, сами понимаете…
– Английский подтянете. Наймем преподавателя. Хотя – больше вам понадобится русский.
– А Аладдин…
– Тимур Тимурович рассудил так, что вы с Аладдином Ахмадовичем неплохо ладите. Так?
– Так.
