Проснулась от жарких поцелуев и просто утонула в ощущениях. Все же я сильно сомневаюсь, что до меня у него не было женщин. Может, он их и не помнит, но тело его очень даже помнит! Голос я сорвала, тело покрылось новой порцией синяков, но сожалений по этому поводу я не испытываю точно. Еще и эта фраза на французском. Звучало это словно музыка. Интересно, что она значит?
Выбравшись из окончательно остывшей воды, я растерлась полотенцем, намазалась кремом и оделась. За окном стало светлеть, часы показывали шесть утра. Выждав еще полтора часа, я решилась позвонить Эндрю. В прошлый раз я перенесла его номер в свой телефон, так что не пришлось заходить в соседнюю комнату за мобильником Майкла. Ответили почти сразу и мужчина, отсмеявшись, все же сообщил мне перевод слов, врезавшихся в память. Любит? Лисичка? Его?! Убью!!! Или люблю? Черт!..
- Бес, если бы ты знал, как сильно я тебя ненавижу! - мне нужно было выговориться вслух и голос был отчетливым, впечатывая слова в сознание и непонятным образом успокаивая. - Ненавижу твою нерешительность и нежелание бороться. Ненавижу твои прикосновения и поцелуи, заставляющие забыть обо всем на свете! Ненавижу твои глаза, в которых тону! Ненавижу! И люблю... - тише добавила я. - очень-очень люблю...только я не лисичка и, точно, не твоя!
- Ошибаешься, малышка, - раздался спокойный голос Майкла за спиной и вокруг меня обвились сильные руки. - Ты моя, - легкий поцелуй в висок. - И именно лисичка, - еще один поцелуй, теперь уже в шею чуть ниже уха. - И я тебя не отпущу.
- Что ты тут делаешь? - сдавленно спросила я, пытаясь успокоить колотящееся где-то в желудке сердце и уговорить его вернуться на место.
- Мне надоело просыпаться в одиночестве и гадать приснилась ты мне, или нет, - ответил он и прижал к себе сильнее.
- Отпусти, - попросила я, поморщившись от того, как сильно дрожит голос.
- Никогда, - он развернул меня к себе лицом и впился в губы.
Я застонала и выгнулась в его руках, стараясь отодвинуться. Тело все еще болело после его смелых ласк. Эффект был прямо противоположным. Руки Майкла легли мне на бедра и, слегка сжав, рванули вверх. Я инстинктивно обхватила мужчину ногами и оказалась прижатой к стене. Наши лица теперь были на одном уровне и поцелуй стал глубже, острее и...я поняла, что этого мало! Не сдержала стон, прозвучавший глухо из-за поцелуя и больше похожий на рычание, и впилась ногтями в широкие плечи. Одежда внезапно стала помехой, а не защитой и я позволила стянуть с себя кофту. Штаны затрещали по швам и в голове мелькнула последняя связная мысль о том, что такими темпами он мне всю одежду испоганит и придется ходить нагишом.
Бес поднял меня еще выше и обхватил губами сосок, слегка прикусив, а потом обведя языком. Сил сдерживаться не осталось. Я выгнулась и взмолилась, почти плача:
- Майкл, пожалуйста...
- Что? - хрипло спросил он, заглядывая мне в глаза. Я только головой замотала, потянувшись к его губам. - Лисичка, тебе стоит только слово сказать... - он подул на еще влажный после поцелуя сосок и я снова застонала, выгибаясь дугой. - скажи это...
Голос обволакивал, заставляя подчиниться.
- Я хочу тебя, - простонала я.
Бес улыбнулся и, опустив меня ниже, плавно вошел. Мир разлетелся на осколки и никак не хотел опять собираться в картинку. Понятия не имею, как мы оказались в моей постели и что я говорила. Помню, только еще один взрыв и всепоглощающее чувство абсолютного счастья.
Реальность все же вернулась в исходное состояние. Правда, сделала это весьма оригинально - под отборный мат. Майкл, не стесняясь в выражениях ругался минимум на четырех языках, из которых я знала только один. По-английски он, почему-то, матерится не счел нужным. Однако, и четверти знакомых слов хватило, чтобы понять, что ругает он себя. Интересно, за что? Прислушалась повнимательней и улыбнулась. Бес, наконец, заметил мои синяки и без труда определил их источник. По идее, сейчас он должен пообещать больше меня не трогать, или постараться быть нежнее...
- Сильно больно? - обеспокоено спросил он, заметив, что я уже не сплю.
- Нормально, - еще шире улыбнулась я. - жить буду.
- Я... - начал он, но я перебила:
- Не смей! Мне все нравится и я не желаю больше нежности или полного отсутствия твоего внимания.
- Что? - изумился он, а потом махнул рукой. - Я не это хотел сказать.
- А что? - заинтересовалась я.
- Что куплю тебе мазь и буду немного осторожней.
- Немного? - он кивнул, а я засмеялась. - У меня уже есть мазь, - Майкл вздернул правую бровь. - Эндрю привез, - пояснила я и похлопала по пустому месту рядом с собой. - Иди сюда, страстный мой!
Бес улыбнулся и скользнул в постель.
- Ненасытная, хитрая лисичка! - осторожно заключая меня в кольцо рук и устраивая голову у себя на плече, сказал он.
- Лучше по-французски. Ты так ласково мурлычешь на этом языке... - шепнула я, обнимая его за шею и нежно целуя в уголок губ.
- Voraces, les sournois chanterelle! - покорно повторил он, не забыв мурлыкнуть в конце.
