– Нет, – сказал Каллан, откинувшись на спинку стула. – В одной книге я вычитал, что Дворы фейри оказались втянуты в более крупный конфликт между территорией Эсмерей и Авонлеей. Там утверждалось, что Деймас и Эсмерей искали что-то за морем, а Авонлея отказалась пустить их даже в гости. То, что такая мелочь способна разжечь Великую войну, видится мне несколько надуманным.
– А там не сказано, что конкретно они искали? Или кем был Деймас?
– Что значит, кем был Деймас? Он ведь был смертным, не так ли? – Каллан удивленно приподнял бровь.
– Но он владел магией. Как еще они с Эсмерей смогли запереть авонлейцев? Если Эсмерей обладала таким же могуществом, как королевы фейри, это многое объясняет. Но что насчет Деймаса? – не отставала Скарлетт.
Она пожевала нижнюю губу, размышляя над этим. Каллан замолчал, и несколько мгновений спустя она поняла, что он смотрит на нее. Она прочистила горло и выпрямилась.
– Что еще ты обнаружил? – спросила она, наклоняясь, чтобы взглянуть в его записи и книги.
– В основном мифы и легенды, разительно отличающиеся от истории, которой учили нас. В них фейри изображены как защитники смертных, а не как раса, стремящаяся нас поработить.
Пододвинув к себе одну из страниц с заметками Каллана, Скарлетт скользнула глазами по строчкам, выведенным его аккуратным четким почерком. Почерком, который был ей хорошо знаком.
– А во что склонен верить ты?
Каллан пожал плечами.
– Честно говоря, я больше не знаю, во что верить. Многое кажется выдумкой. Была одна книга, в которой говорилось о сущности по имени Странник по мирам, наделенной способностью каким-то образом перемещаться между мирами.
– Интересно, – пробормотала Скарлетт, перелистывая страницы с заметками. Один заголовок привлек ее внимание:
– Еще одно исследование, – пояснил Каллан, протягивая руку за своими бумагами, но Скарлетт проворно схватила их и отодвинулась. Почувствовав боль в животе от резкого движения, она подавила стон и принялась читать записи.
– Зачем тебе это понадобилось? – спросила она.
– Я вскользь слышал упоминание о связи близнецового пламени и захотел узнать побольше, – осторожно ответил он.
– Это древняя магия крови, Каллан, – пояснила девушка, быстро скользя глазами по страницам. Она увидела нацарапанное на полях слово «Скарлетт» и знак вопроса рядом с ним. – Зачем здесь мое имя? – Переведя на него взгляд, она увидела, как он вздрогнул.
– Пытаюсь понять, каково твое место в их мире, Скарлетт, – со вздохом признался он. – Никто не дает мне прямых ответов, вот я и затеял собственное исследование.
– Ты думаешь, я чье-то близнецовое пламя? И чье же? – требовательно спросила она, помахав перед ним страницей с записями.
– Не знаю, но это объясняет, почему ты так хорошо вписываешься в их компанию.
– Я хорошо вписываюсь в их компанию, потому что я
– Верно, но ты общаешься с ними так, будто знаешь их много лет. Тебе с ними комфортнее, чем было со мной, когда мы целый год делили постель, а с принцем Огня ты живешь в одних покоях всего несколько недель. – Произнеся эти слова, Каллан широко распахнул глаза.
Скарлетт уставилась на него, медленно моргая. Не говоря ни слова, она протянула к нему руку, возвращая записи.
– Зачем ты на самом деле изучаешь все это, Каллан?
– Все, что я сказал, правда, а еще я хочу помочь тебе. Почему он может тебе помогать, а я нет? – вспылил он, забирая у нее свои листы.
Его взгляд ожесточился. Долгое мгновение Скарлетт всматривалась в его лицо, каждая черточка которого была ей знакома – до сих пор.
– Ладно, – сказала она, пододвинув к себе книгу.
– Что ты делаешь?
– Это моя история. Может, мне тоже стоит узнать какие-то подробности, как думаешь? – спросила она, открывая первую страницу.
– Ты собираешься сидеть здесь и читать вместе со мной? – с опаской уточнил Каллан.
– Если только у тебя нет возражений на этот счет?
Настала его очередь изучать ее.
– У меня-то возражений нет, но могу назвать одного дикого фейри, у которого они наверняка будут.
– Он мне не сторож, – отрезала она и погрузилась в чтение.
Несколько часов спустя Скарлетт перешла по мостам и проскользнула в покои Сорина. Она бесшумно закрыла за собой дверь и крадучись пересекла гостиную. Боль в теле мучила ее все сильнее. Она понимала, что переусердствовала, просидев так долго за столом с Калланом, обмениваясь интересными фрагментами истории или исследований, которые им попадались. Напряжение между ними по-прежнему ощущалось, но иного можно было и не ждать.
Скарлетт осторожно открыла дверь спальни и шагнула внутрь. Сорин лежал в постели, где она его оставила. Она отстегнула кинжал с бедра и, сняв тапочки, задумалась, не принять ли горячую ванну, чтобы облегчить ноющую боль в груди.
– От боли прими отвар, который стоит на тумбочке, – раздался из темноты голос Сорина.
Она послала ему хмурый взгляд, но он усмехнулся и, встав с кровати, сам взял с тумбочки пузырек, откупорил и протянул ей.
