Она убрала руку, положив ее себе на живот, и, повернув голову, уставилась на мерцающее пламя. Вскоре она услышала, как Сорин взял книгу и возобновил чтение.
Спустя несколько минут или часов – Скарлетт потеряла счет времени – она почувствовала, как ее подхватили сильные руки Сорина, и со стоном прижалась к его груди. В какой-то момент она заснула в уютной тишине, а Сорин был рядом на случай, если бы понадобился ей. Кровать просела, когда он лег на свою половину, и Скарлетт перекатилась к нему. Приобняв, он прижал ее к себе, и она уткнулась щекой ему в грудь и забросила ногу поверх его тела.
Точно в таком же положении Скарлетт проснулась на следующее утро. Сорин держал ее в объятиях, а она упивалась его присутствием рядом. На душе у нее стало легче, намного легче, чем вчера. Подняв голову, она увидела, что он наблюдает за ней с тем же выражением лица, что было у него накануне вечером.
– Доброе утро, – мягко поприветствовал он, откидывая пряди волос с ее лица.
– Доброе утро.
Не убирая ладони от ее головы, он сказал:
– Сегодняшний день будет лучше.
Она почувствовала, как покраснели щеки, но выдержала его взгляд и прошептала:
– Мои планы простираются гораздо дальше простого выживания. – Обнимающая ее рука напряглась. – Пообещай, что в трудные времена вытащишь меня из реки.
– Всегда, милая, – ответил он. – Обещаю, что всегда буду вытаскивать тебя из реки и помогать найти звезды.
Потянувшись к его лицу, она прижалась мягким поцелуем к щеке, а когда отстранилась, Сорин повернулся к ней. Его рука легла ей на затылок, удерживая на месте и не давая отвести взгляд.
– Скарлетт Монро, ты всегда будешь необходимой частью моей жизни. – Их губы встретились в нежном поцелуе, коротком и сладком. Сорин отстранился ровно настолько, чтобы посмотреть ей в глаза. – Готова пойти на тренировку или передать Элизе, что тебя не будет?
– Нет, хочу тренироваться, – сказала девушка, покачав головой. – Сегодня я чувствую себя… лучше.
Он еще раз чмокнул ее в щеку.
– Тогда иди собирайся. Она будет вне себя, если ты опоздаешь.
– Когда ты собираешься ей сказать? – спросил Рейнер голосом таким же дымным, как и подчиняющийся ему пепел.
Они стояли на верхнем ярусе библиотеки, и Сорин со своего места видел Скарлетт в обществе смертного принца несколькими уровнями ниже. Затерявшись между полок и ниш, эти двое и не подозревали, что за ними наблюдают. Сорин, однако, испытывал потребность проверить Скарлетт. Он провел с ней два часа, обучая магии, но все равно захотел снова на нее взглянуть. После тех слов, что она сказала ему несколько дней назад, после того как ему понадобился целый день, чтобы достучаться до нее, скрывшуюся в потаенных глубинах своей души, его неотступно преследовала настоятельная необходимость убедиться, что с ней все в порядке.
Склонившись над книгой, Скарлетт рассеянно накручивала локон на палец. После тренировки она приняла ванну и оставила волосы распущенными. Читая, она жевала нижнюю губу. Сорин не знал, что именно она исследует и находит таким увлекательным. Сидящий напротив Каллан тоже склонился над книгой, но от Сорина не укрылось, что он то и дело поглядывает на нее.
– Не знаю, – наконец ответил Сорин своему Третьему. – Она пытается понять, кто она такая. Проживает травмы, которые подавляла. Узнает истины, которые от нее скрывали. Я поступил бы глупо, взвалив на ее плечи еще и эту ношу, добавив новых забот к уже имеющимся.
– Разве это не еще одна правда, которую от нее скрывали? Разве причина ваших проблем с доверием не в том, что ты с самого начала слишком много утаивал от нее? – спросил Рейнер.
– У нас больше нет проблем с доверием, – рыкнул Сорин.
Рейнер вопросительно вскинул бровь.
Сорин снова взглянул на принцессу и смертного принца. Не склонный к самообману, он знал, что она ему доверяет. Была ли она в ярости, когда проснулась? Да. Возвела ли защитную стену между ними? Да, но сама же ее и разрушила. С каждым проведенным в землях фейри днем Скарлетт все больше открывалась, позволяла ему видеть все новые грани своего «я». Просыпаясь по утрам рядом с ней, Сорин считал часы до их магической тренировки, когда они останутся вдвоем во дворе. Ему нравилось ее присутствие на ужинах в кругу его семьи, он восхищался тем, как гармонично она вписалась – впрочем, как он и предполагал.
– Скарлетт не откажется от вашей связи, Сорин, не сомневайся, – изрек Рейнер после продолжительного молчания.
Сорин и сам это знал. В глубине души чувствовал, что она к нему испытывает, несмотря на угрозу сломить его. Он понимал, что она не отвергнет его. Вопрос заключался в другом: не воспримет ли Скарлетт их узы как очередную клетку? Она категорически не желала быть прикованной к трону. Не станет ли таковым единение с Сорином, даже если она решит отказаться от того, что принадлежит ей по праву рождения?
Каллан сказал что-то, чего Сорин не расслышал, и Скарлетт подняла глаза от книги и робко улыбнулась. Ничего не ответив, она вернулась к чтению.
