— Погоди, Жак, не трещи! Дай подумать, — Питер сосредоточенно глядел в морскую даль. — Судя по всему, — задумчиво пробормотал он, — французы пришли на остров для того, чтобы сдать англичанам пленных. Похоже, пленные достаточно ценны — ради них Англия идет на любые условия. А это может слишком дорого обойтись…
— Ты так любишь Англию? — ехидно осведомился Ренар. — Почему же ты бежишь?
— Я ненавижу английских дураков, от них и бегу. А страна тут ни при чем.
— Так что, может будем спасать пленников? — продолжал язвить Жак.
— Будем, — вполне серьезно подтвердил Блад.
Ренар, тряхнув черной копной волос, изумленно воззрился на него:
— Ты с ума сошел, Питер? Как?
— Еще не знаю. Послушай, а где пленные, не помнишь?
— Кажется, в доме рыбака Хансе.
— Пошли! — Блад решительно зашагал к поселку.
Ренар поспешил за ним. В виду первых домов они остановились.
— Жак, ты, говорят, знаешь немецкий? — обернулся Питер к спутнику.
— Немного… — недоумевая, ответил тот.
— Вот что, — подумав, сказал Блад, — ты зайдешь в первый же дом, представишься заезжим торговцем из… ну, хотя бы из Куксхафена. Предложишь купить табак, например, а заодно поинтересуешься, где живет твой старинный приятель — рыбак Хансе. Понял?
— Неплохо придумано! — хмыкнул Жак. — Я пошел.
Не прошло и четверти часа, как Ренар вернулся.
— Покупать тут ничего не хотят, — со вздохом сообщил он. — То ли запуганы, то ли от роду подозрительные. А дом Хансе велели искать по запаху. Где, говорят, шнапсом несет и солдатня торчит, там он и есть.
— Что ж, поищем по запаху, — пожал плечами Блад.
— Фиделя бы сюда! — снова вздохнул Жак. — А то ищи тут ветра в поле. Они, небось, все шнапсом провоняли, в такой холодине!
И тем не менее дом Хансе друзья нашли быстро. Вокруг действительно толпились солдаты, дом был ярко освещен свечами внутри и факелами снаружи, а у дверей и окон стояли часовые.
— Ого! — воскликнул Ренар. — Охрана, как в опочивальне старика Луи! Тут и муха не проскочит.
— Муха — пожалуй, — согласился Питер. — И все-таки, Жак, может быть, снова попробуем тот же ход? И вот еще что. Я буду рядом. Если тебе удастся проникнуть в дом, я увижу и пойду за двумя-тремя мешками табаку, а ты сговорись с хозяином, что продаешь табак за рыбу. А затем…
— А затем ты, доктор, с мешками попадаешь в дом, и мы вместо рыбы запихиваем в мешки англичан! Так? — рассмеялся Ренар. — А что, мне нравится! Ладно, жди! — и, не теряя времени, пошел к дому.
Блад спрятался в тени одинокого дерева. Тем временем Жак, поравнявшись с охраной, радостно завопил:
— Эге! Я не ошибся! Здесь живет Хансе! Самый удачливый рыбак на всем острове. Пустите меня к нему, друзья, я кое-что принес… Тс-с! Ни слова! Только Хансе покажу, что я для него припас. Пропустите меня к нему! Прошу вас, господа офицеры!
Солдаты со смехом расступились, и Ренар проскользнул в дом. Питер направился было к шлюпке, но вдруг за спиной раздался ужасный шум. Резко обернувшись, Блад увидел, как на крыльцо дома вылетел ражий детина с разъяренной физиономией. В руке его, как котенок, болтался Жак.
— Во-о-он!!! — загремел детина. — Торговец паршивый! Я за свою рыбу получаю мешки золота, а ты свою пыльную труху суешь! Перед господами позоришь! Чтоб духу твоего не было, не то все кости переломаю!!! — и, размахнувшись, швырнул Жака в ночную темноту.
Пролетев десяток шагов, Ренар шлепнулся на гальку, распластавшись, как лягушка. Потом тяжело поднялся и под дружный гогот солдат поковылял к берегу.
— Сорвалось! — вздохнул он, столкнувшись с Бладом.
— Ничего, — Питер сочувственно похлопал Жака по плечу. — Не повезло на суше, попробуем зайти с моря. Я тут, кажется, кое-что придумал.
— Ну-ка, ну-ка! — оживился Жак.
— Помнишь, за пленными должны были прийти корабли? Вот мы и придем.
— Но, Питер! — запротестовал Ренар. — Это же невозможно!
— Почему? — пожал плечами тот. — Это не так сложно, как ты думаешь.
— Хочешь выдать нас за англичан с «Британского Льва»?
— Нет. За французов с «Глуар де Франс».
Жак от души расхохотался:
— За французов?!! Да твой ирландский акцент за сто миль слышно!
— Не будет акцента! — усмехнулся Блад.
На палубе «Королевской Лилии» было шумно и людно. Матросы, радуясь неожиданному отдыху, ели, пили и пели. Изредка доносились взрывы хохота. В общем гаме никто не заметил, как к борту пришвартовалась шлюпка, и только когда на палубе появились два незнакомца, шум несколько поутих. Команда с удивлением воззрилась на пришельцев. Один из них — высокий черноволосый щеголь надменно смотрел на матросов. Властному взгляду чуть прищуренных синих глаз не подчинился бы разве что сам король. Его спутник — худощавый гибкий парень с шапкой черных кудрей и живыми черными же глазами — напоминал парижского гамена[56].
— Г-где н-начальник ох-храны? — сильно заикаясь, спросил вельможа.
На палубу вышел немолодой грузный человек довольно бесцветной внешности.
— Что угодно? — обратился он к прибывшим.
— В-вы — на-начальник охран-ны?
— Да. Лейтенант Грануар. С кем имею честь?
