Младшая едва не рыдала, глядя на меня.
Я заставила себя улыбнуться. Меньше всего я хотела расстраивать сестру.
– Ну что ты, Эмма, – мягко произнесла я, пытаясь успокоить младшую. – Все в порядке. Все пройдет и забудется. Незачем переживать за меня.
Она тяжело вздохнула и на мгновение закрыла глаза. Я знала, когда она делает так. Когда в шаге от того, чтоб начать кричать. Крайняя степень злости.
– В порядке? Ничего не в порядке. Я это прекрасно понимаю! Да это все понимают! – воскликнула она с раздражением. – Родители! Эдвард! А ты лелеешь свою боль. Так просто нельзя! Стань снова прежней, Ева!
Если бы это было так легко.
– Я постараюсь, Эмма. Мне просто нужно время…
Всего лишь немного времени – и я смогу взять себя в руки, успокоиться, стать собой. В конце концов, я ведь Дарроу. Мы не сдаемся так легко и не ломаемся под ударами судьбы.
После разговора с сестрой я словно проснулась от дурного сна. Сердце так же, как и прежде, ныло, но я уже старалась отмахиваться от этого. Несчастная любовь – это не причина, чтоб хоронить себя заживо. Именно так я всегда говорила. Именно так следовало поступать.
Главное, не следовало слишком часто вспоминать о Мануэле Де Ла Серта. Вот только мне все равно приходилось следить за ним. Да и сам ибериец приезжал к нам в дом, чтобы излить свои восторги по поводу Джейн Уиллоби моему брату. Почему нельзя было все это рассказывать Теодоро, я не понимала…
Младший сын посла у нас почему-то не появлялся. Поговаривали, будто все свое время он проводил у Греев и старался не появляться вместе с братом у Уиллоби. Вероятно, отчасти в этом был виноват Эндрю, который подчас мог быть крайне недружелюбным… А может, имелись и иные причины.
И вот однажды к нам явился Теодоро. Один и невероятно встревоженный. Выглядел он настолько расстроенным и разбитым, что я поневоле испытала жалость, пусть и никогда особо не любила младшего сына иберийского посла.
Первым делом он потребовал у вышедшего к нему Эдварда выпить, чем меня озадачил.
– Что-то случилось? – осторожно спросила я у Де Ла Серта.
У меня было дурное предчувствие. Очень дурное.
Брат вышел, чтоб распорядиться, а после вернулся в гостиную, где расположился Теодоро. На иберийца брат глядел хмуро и ожидал продолжения.
– Мануэля… Мануэля вызвали на дуэль… – в итоге произнес сын посла. – Нужен второй секундант.
Сердце сбилось с ритма. Дуэль? Нет… Только не это. Пусть о Мануэле Де Ла Серта говорили как об умелом фехтовальщике и стрелке, это не делало его неуязвимым.
– Но… кто? И что же такого случилось? – испуганно спросила я.
В этот момент лакей принес молодому человеку виски. Стакан Теодоро осушил одним глотком.
– Эндрю Уиллоби, – хрипло выдохнул ибериец. – Он вызвал брата. И тот… Святая Дева… Только этого нам не хватало! Убить родственника Дарроу! Отец будет в ярости… А если с Мануэлем что-то случится?! Эдвард, вы можете помочь хоть чем-то?
Я слушала… и просто ничего не понимала. Не мог же Эндрю Уиллоби вот так, ни с того ни с сего, вызвать на дуэль?! К тому же сына посла дружественного государства. Это просто недопустимо, в конце-то концов.
– Отец будет в ярости… – обреченно произнесла я.
– Но ничего не сможет сделать с Эндрю. Разве что посадить в тюрьму… – продолжил Второй с безнадежностью в голосе.
Упрямство Эндрю Уиллоби было всем известно. Если этот молодой человек вбивал себе что-то в голову, остановить его не удавалось даже моему отцу.
– Но почему же Эндрю вызвал вашего брата? – спросила я растеряно.
Насколько бы вздорным ни был племянник Уиллоби, однако даже он не стал бы устраивать дуэль только ради собственной прихоти.
– Из-за мисс Уиллоби, – тяжело и безнадежно вздохнул ибериец.
Меня посетило дурное, очень дурное предчувствие.
– Что с Джейн? – услышала я голос Второго.
Посмотреть на лицо брата я попросту боялась.
– Мануэль попытался поцеловать мисс Уиллоби… Против ее воли.
Мне показалось, что еще несколько секунд – и я просто упаду в обморок.
Проклятый иберийский темперамент… Чертов южный характер. И во всем произошедшем, выходит, виновата я! И оправдания у меня нет.
Бедная племянница… Наверняка она пришла в ужас, когда с ней поступили подобным образом. Джейн Уиллоби слишком уж неземная девушка…
– И что же Джейн? – с ужасом спросила я, понимая, что после этого ничего хорошего уже случиться не могло.
Теодоро Де Ла Серта поморщился и ответил:
– Мисс Уилоби разрыдалась, появился ее братец… И… Словом, все обернулось дурно. Очень дурно. Дуэль назначили уже на следующее утро… А Мануэль даже не попытался извиниться!
Цыганка с бала не стала бы возмущаться и рыдать из-за одного поцелуя, Мануэль знал это как никто другой. И он был полностью уверен в том, что целует ту даму, проявившую такую благосклонность к нему на балу.
Только я виновата в случившемся. Только я и больше никто.
Взгляд Эдварда ощущался как раскаленное железо.
– Ева… – тихо и почти что угрожающе произнес Второй. – Нужно это исправить.
Он был в ярости…
– Ты прав… – согласилась я, вообще не представляя, как же выйти из сложившейся ситуации. Желательно, не погубив заодно и себя.
