Тернгоф слегка заикался от волнения, и мне стало его жалко. Наверное, это действительно сложно, каждый день общаться с высшими магами. Для большинства простых дартов Первая когорта — нечто непонятное и недосягаемое, этакие всемогущие небожители, от которых лучше держаться подальше. В Дартштейне даже поговорка есть — «Видишь мага — перейди на другую сторону улицы». А тут Моня попал в общество сразу двух таких высших. Конечно, для него это оказалось настоящим испытанием.
— Пусть это вас не беспокоит. Я поговорю с лордом Гарви, и все улажу, — после короткой паузы ответил Тернгофу Каллеман. — Не забывайте, вы занимаетесь делом государственной важности.
Глава полиции посмотрел на Моню так, что тот втянул голову в плечи и торопливо закивал.
— Да-да, разумеется, я все понимаю. Леди Изабелла, вы подумали, где может быть фигурка Призрачной дамы?
Кузен повернулся ко мне и уставился с явственной надеждой. Еще бы! Ему не терпелось вернуться во флигель, но он до дрожи боялся обитающего там призрака. Поэтому и надеялся, что я сумею найти нужную скульптуру.
— Предлагаю все вопросы отложить на завтра, — заговорил молчавший до этого Давенпорт. Он поднялся и посмотрел мне в глаза. — Устала? — непривычно мягко спросил Рэндальф.
Я покачала головой.
— И все равно, тебе лучше отдохнуть, — уже строже сказал он, возвращаясь к образу сурового опекуна.
Правда, меня больше не обманывала его нарочитая строгость. Чем больше я узнавала Давенпорта, тем лучше понимала, что за ледяной суровостью он обычно скрывает эмоции. Мне даже порой казалось, что Рэндальф обладает какой-то особой магией. Той, которая убирает любые проявления человеческих чувств. Но с Давенпортом трудно было быть уверенной наверняка, поэтому я даже не пыталась разгадать его тайны. Мне и своих хватало!
— Доброй ночи, — попрощалась с мужчинами и пошла к выходу.
***
Ночь выдалась лунной. Большой круглый диск заглядывал в окно и заливал спальню призрачным голубоватым светом. На полу чередовались тени — чуть светлее, чуть темнее, совсем темные.
Взгляд, брошенный на часы, заставил поморщиться. Третий час. А сна как не было, так и нет. Еще и холодно. Нет, все-таки особняк нуждается в основательном ремонте, и что бы там ни говорил Давенпорт, как только поймают того, кто собирался меня убить, я обязательно займусь домом. Пора придать этим «графским развалинам» нормальный жилой вид.
Я вздохнула и повернулась на бок. Спина привычно ныла, и мне никак не удавалось найти для нее удобное положение. Днем за работой я почти забывала о боли, но вот ночью та вгрызалась в позвоночник голодным волком, и не уходила до самого утра. Причем, как и говорила Кейт, с каждым днем она становилась все сильнее.
Я плотнее закуталась в одеяло и закрыла глаза. «Раз, два — вместо двух одна, — зазвучала внутри нелепая считалочка. — Три, четыре — найди себя в этом мире». Я попыталась выкинуть ее из головы, но та и не думала уходить. Она все крутилась и крутилась, как поставленная на повтор песня, и я механически повторяла ее про себя, даже не пытаясь разгадать смысл. А спустя какое-то время все-таки уснула. И во сне увидела свою спальню и напряженно застывшего у окна волка. На его длинной густой шерсти плясали голубоватые лунные блики, желтые глаза загадочно мерцали, а крупная морда казалась выточенной из куска черного дерева. Я уставилась на зверя, а тот в упор смотрел на меня, и бронза его взгляда плавилась, искрила, завораживала.
Не спуская с меня глаз, волк медленно двинулся к кровати, неслышно вспрыгнул на постель, положил морду мне на грудь и затих. И в этом странном сне мне стало так тепло и уютно, как будто я снова оказалась дома, в своей любимой квартире, и больше не было ни разочарований, ни больного тела, ни разлуки с Хольмом.
«Я никогда тебя не оставлю», — слышался мне низкий вибрирующий голос.
«Я никуда тебя не отпущу» — шептали мои губы, и я сильнее прижималась к волку. К моему волку. Только моему.
***
Утро оказалось солнечным. Тучи разошлись, обнажив клочки синего неба, веселый желтый свет лился в окна, и старинная обстановка комнаты словно помолодела под его яркими лучами.
— Темного утра, миледи, — поздоровалась вошедшая в комнату Присси.
В последнее время она вела себя чуть увереннее, чем раньше. Да и выглядеть стала лучше. С ее волос исчез нелепый чепец, в глазах появился осмысленный блеск, взгляд повеселел. Похоже, Присси наконец-то поверила в то, что ее хозяйка — не злой дух, а обычная леди.
— Вы завтракать здесь будете, или спуститесь в столовую? — раскладывая на постели мой халат, спросила служанка.
— А лорд Давенпорт уже поел?
— Да, и тер Тернгоф тоже.
Неужели Моня проснулся в такую рань?
— Тер Тернгоф сказал, что собирается наведаться во флигель, — словно услышав мои мысли, пояснила Присси.
Да? А как же я? Выходит, Моня решил разобраться с призраком самостоятельно? Вот уж не ожидала от него такой решительности.
— Только без вас идти не хочет, — добавила служанка, и я усмехнулась.
А ведь было подумала, что Моня действительно осмелел.
— Говорит, буду ждать леди Изабеллу, с ней надежнее.
