— Белла?
Хольм неверяще уставился в глаза, а потом кинулся ко мне, и люди расступились, сметенные исходящей от него силой.
— Лукас!
Меня подхватили крепкие руки, прижали к груди, и я задохнулась от того урагана, что взметнулся внутри. Любовь, нетерпение, надежда, опасение, щемящая боль — все смешалось, сбилось, закружило. Мои чувства, его, наши общие. Одни на двоих.
— Что ты здесь делаешь? — оторвавшись на миг, спросил Хольм. — Белла, ты должна была оставаться в особняке! Тут опасно.
— Не собираюсь прятаться. Я должна быть рядом с тобой. Вот, возьми. Этот знак убережет тебя от беды.
Я протянула Лукасу ариус и посмотрела в горящие глаза.
— Катани, — прошептал волк. — Что ты со мной делаешь?
— Я люблю тебя, Лукас Хольм.
— И я люблю тебя, мое сердце.
Лукас хотел добавить что-то еще, но в этот момент на помост поднялся невысокий седой старик, и вокруг стало тихо.
— Волки Красного клана! Мы пришли в Аравс, чтобы восстановить справедливость, — негромко сказал старик, обводя взглядом притихших оборотней. — Ваш глава ясно дал мне понять, что готов жениться на моей дочери. И я ответил согласием. Но в последний момент Лукас Хольм передумал и отступил, нанеся тем самым оскорбление не только мне, как отцу, но и всему Белому клану, чью наследницу он отверг. Не мне вам говорить, что подобное можно смыть только кровью. И я требую поединка крови. Сакари варса! — резко выкрикнул он.
— Сакари варса! — повторили стоящие у помоста светловолосые оборотни, выделяющиеся среди рыжих и черных волков Красного клана, как белое пятно на темной коровьей шкуре.
— Что значат его слова? — наклонившись, тихо спросила у Кейт.
— Если Хольм проиграет, то его клан перейдет к победителю, — ответила та, и я прикусила губу.
Выходит, сейчас решается судьба всего клана?
— А если выиграет, то Белые перейдут под его руку?
— Нет, — покачал головой Хольм и обнял меня, словно пытался успокоить. — Все выгоды только для заявителя поединка.
Волки Лукаса заволновались, зароптали, но старик поднял руку, и гул мгновенно стих.
— Древние правила никто не отменял, — жестко сказал Маркус, обводя холодными серыми глазами лица стоящих вокруг помоста людей. Ненадолго его взгляд остановился на мне, и я ощутила острую волну неприязни. — Но поскольку я уже стар, — отворачиваясь, произнес глава Белого клана, — вместо меня будет биться мой племянник, Айрас.
Маркус повелительно махнул рукой, и на помост поднялся здоровенный, похожий на викинга, воин. Его руки бугрились перекачанными мышцами, рубашка едва сходилась на могучей груди, а пудовые кулаки выглядели так красноречиво, что у меня засосало под ложечкой. Настоящая машина для убийства.
Айрас гордо приосанился, окидывая толпу пренебрежительным взглядом, и высоко вскинул светловолосую голову.
— Лукас Хольм, я вызываю тебя на поединок крови! — громко выкрикнул он, а я крепко сжала руку моего волка.
— Айрас Марок, я принимаю твой вызов, — небрежно ответил Хольм, быстро поцеловал меня, и одним прыжком оказался на помосте.
Толпа отхлынула в стороны, старик спустился вниз и замер напротив меня, его окружили члены Белого клана, занявшие всю правую половину рядом с помостом, а за своей спиной я вдруг ощутила незримую поддержку. Обернувшись, увидела Каллемана, Горна и Давенпорта, а Кейт и Эви придвинулись ближе, взяв меня за руки. И эта молчаливая сплоченная защита заставила меня распрямиться, и твердо встретить прозвучавший сигнал к началу боя.
А дальше начался настоящий кошмар. Когда-то давно мне довелось побывать на боях без правил, и я думала, что видела жестокую бойню, но то, что происходило на помосте, не шло ни в какое сравнение с той дракой. Лукас и Айрас бились насмерть. И в этом была вся разница. Страшные удары, нечеловеческая сила, беспощадность одного и второго — оборотни не щадили ни себя, ни противника.
Я, не отрываясь, смотрела на своего волка. В отличие от соперника, тот двигался легко, даже изящно, он походил на острый тонкий клинок, нанося удары точно и виртуозно, словно бы играючи. Но я видела, что за этой мнимой легкостью скрываются настороженность и расчет.
Время остановилось. Волки сражались, и я уже не понимала, сколько длится их бой: десять минут, полчаса, час? Хольм пытался измотать Айраса, заставляя того двигаться в быстром темпе, но белый волк, несмотря на внушительную комплекцию, не выглядел уставшим.
Вокруг стоял крик и свист, с помоста долетали капли крови, раздавался хруст ломаемых костей и разрываемых связок, и я почти потерялась в этой страшной какофонии, но только сильнее стискивала зубы и беззвучно молилась всем местным богам, чтобы Лукас выстоял.
Хольм бил точно и безжалостно, но его противник не сдавался. У него словно второе дыхание открылось. Я смотрела на Айраса, с трудом улавливая молниеносные движения его тела, и не понимала, в чем подвох. Как эта огромная туша умудряется передвигаться так быстро? И почему он выглядит свежим, будто только вышел на ринг? Откуда в нем столько сил?
