Корабль, следующий за ними, прижимался к берегу так плотно, насколько это позволяла глубина прибрежных вод, поэтому рассмотреть его на таком расстоянии становилось задачей весьма нетривиальной. Каким образом Далину вообще удалось заметить преследователя? А ведь, судя по всему, у команды странного корабля явно недобрые намерения.
— Думаешь: пират? — поинтересовался Далин, выуживя из кармана куртки массивный металлический гребень, украшенный серебряной вязью, — Вообще-то, если подумать — весьма странное место для этих молодчиков. Я бы поставил, что мы могли бы их встретить много раньше. Окрестности Твайра буквально кишат подобной гадостью, чтоб им лопнуть!
— Это — не пират, — задумчиво протянул Джонрако, почёсывая нос концом зрительной трубки, — Посмотри, как они идут Среди всего пиратского сброда очень мало опытных специалистов, способных перемещаться настолько аккуратно. Да и сам подумай: на кой чёрт им прятаться именно сейчас? Мы — одни, торговые трассы — далеко; нападай, сколько влезет.
— Может заманивают в какую ловушку? — неуверенно предложил помощник, — Или помощи ожидают…
— Не пори чепухи, — капитан покачал головой, — Здесь нечто иное. Ну и пошли они к дьяволу! Пока ничего не предпринимают, пусть себе плетутся, может пропорют днище и познакомятся с морскими чертями. Как думаешь, можно на это надеяться?
— Всё может быть, — хмыкнул Далин и провёл гребнем по бороде, — Вообще-то дно у побережья плоское, но иногда встречаются острые камешки.
— Далеко мы от цели? — поинтересовался Хастол, любуясь напитком в бокале, — Ночь близка….
— Скоро будем, — недовольно проворчал боцман, недолюбливающий пассажира и как вся остальная команда, винящий его во всех неприятностях, — Сейчас ляжем на другой галс и не пробьёт девяти склянок, как можно будет бросать якорь.
— В точку, — Джонрако ещё раз наполнил свою посуду, — Теперь пойдём вдоль берега, а он тут прямой, что линия на карте; держи штурвал ровно, да и всё.
— Девять склянок, — задумчиво протянул Хастол, успевший немного разобраться в морской терминологии, — Стало быть, уже стемнеет. Не могу сказать, что это радует.
— Радует — не радует, ты мне объясни другое, — Джонрако отхлебнул коньяк и поморщился, — На кой дьявол мы вообще делаем эту остановку? Мне приходилось общаться с Братьями во время войны и…так. Не могу сказать, что получал от этого общения много удовольствия. Их ненависть к Магистру настолько велика, что напоминает оголтелый фанатизм. Чёрт побери, я видел несколько посёлков, где Братья воспитывают своих детей, это кошмар!
— Почему? — удивилась Шания, как обычно, жадно глотающая любую новую информацию, — Что там такого страшного?
— Дети, лишённые детства, — хмуро выдохнул капитан, — Возможно, это странно слышать от такого, как я, но даже столь грубый тип считает, что у ребёнка должно быть время для игр и развлечений. Игр, чёрт возьми! А когда тебя, с самого младенчества, готовят к грядущей смерти, посвящая в прорву зловещих ритуалов…
— Так же готовили и бойцов Сантри, — пожал плечами Хастол, — Младенцев закаляли в ледяных горных источниках, приучали отбивать удары и спать на камнях. В общем — много разнообразных испытаний, через которые другие люди проходят много позже. Если проходят вообще. У Братьев и бойцов Сантри имелись веские причины для подобной подготовки.
— Какие же? — Шания с такой силой сдавила нежную булку в пальцах, что та тихо захрустела.
— Сильный враг, — пояснил парень, — Молитар основал легендарную школу, чтобы иметь помощников в борьбе против демонов. Братья же, каждую секунду, ожидают столкновения с Магистром, способным стереть их с лица земли. Стоит хоть немного ослабить дисциплину и Братству — конец.
— Быть может, это — к лучшему, — угрюмо усмехнулся Джонрако и его физиономия внезапно перекосилась, — Видал я их ритуалы…Нет, конечно к внутреннему, или как они его называют — Чёрному — кругу, меня не допустили, но и того, что я видел, достаточно.
— Трудные проблемы предполагают жёсткие решения, — усмехнулся Хастол и в его тёмных глазах вспыхнули тусклые огни, — А Братья пытаются разрешить почти невыполнимую задачу. Неудивительно, что иногда они несколько перегибают палку.
Он ещё не успел закончить фразу, а его глаза внезапно стали абсолютно чёрными. Кожа на лице парня приобрела мертвенно-белый оттенок и сейчас Хастол больше всего напоминал зловещий призрак давно умершего человека. В этот момент Джонрако продолжал вглядываться за корму, поэтому изменения в лице пассажира прошли мимо его внимания. А вот Шании не удалось избежать испуганного возгласа.
Однако, когда капитан повернулся, облик Хастола вернулся к изначальному, поэтому мореход не смог понять, к чему относился возглас пассажирки и лишь недоуменно повёл плечами. У девушки же, быстро пришедшей в себя, сложилось впечатление, что сосед по столу вспомнил нечто невероятно ужасное.
