Райф старался не тереть свои воспаленные глаза, поскольку это лишь усиливало жжение. Легкие у него отяжелели от пепла. Все они изо всех сил старались не кашлять, чтобы это не привлекло внимание охотников в небе.
– Далеко еще? – спросил Дарант напряженным от тревоги за дочь голосом. Он тоже постоянно оглядывался назад, беспокоясь и за Глейс.
Дым скрывал мир вокруг них, но Райф использовал разбившуюся халендийскую шлюпку недалеко от уреза воды в качестве ориентира. Она все еще тлела, когда они проходили мимо нее.
– Надо еще…
Райфа прервало натужное пыхтение, но оно также стало ответом на вопрос Даранта. У варгра было куда более острое зрение, чем у любого из них. Кальдер пулей выскочил из серой пелены, как будто материализовался прямо из дыма. Он быстро обнюхал путников, убеждаясь, кто они такие, – а затем отпрыгнул в сторону, вмиг исчезнув в дыму.
Они направились за ним.
Когда цель была уже близка, Дарант покинул Райфа, больше не нуждаясь в проводнике. Трое матросов бросились за своим капитаном с топорами в руках, готовые освободить Брейль.
Один из них на пару вдохов задержался. На сломанную руку Перде поспешно наложили шину, но он отказывался оставаться в стороне. На плече у него лежал топор.
– Хватит уже едва волочить задницу!
С этими словами Перде повернулся и помчался вслед за остальными.
Райф нахмурился из-за такой черной неблагодарности со стороны пиратов, однако отбросил в сторону свою импровизированную трость и что было сил поспешил следом. Он боялся того, что они все найдут внутри шлюпки. Это был тяжелый день абсолютно для всех.
«Потерять еще и Брейль…»
Когда Райф наконец выбрался из дыма, перед ним открылось зеленое море. Разбитая шлюпка лежала прямо перед ним, темная и безмолвная. Дарант и все остальные направились к ней вброд. Кальдер шлепал впереди, ведя их за собой.
Фенн, стоявший в воде возле открытой кормы шлюпки, взмахнул рукой, другой вроде как выбросив что-то в воду.
Райф последовал за остальными по мелководью, всматриваясь в светящийся туман над головой. Несколько крыльев рассекли небо. И похоже, еще больше взбаламутило серые клочья выше над головой.
Фенн, который поджидал Райфа, заметил, куда он смотрит.
– Они кружили, суетились, но я не видел, чтобы подлетали хоть сколько-нибудь ближе. Наверное, уже наелись от пуза.
– Тогда будем надеяться, что они вдруг опять не проголодаются. – Райф перешел к теме, которую Фенн вроде старательно избегал: – Как там Брейль?
Губы Фенна сжались в жесткую страдальческую линию.
– Флораан присматривала за ней. Та сумка оказалась очень большим подспорьем. Если б ты не отослал меня обратно, Брейль, наверное, не продержалась бы так долго… – Он печально покачал головой. – Она потеряла слишком много крови.
Поморщившись, Райф продолжал продвигаться к шлюпке – хотя бы для того, чтобы сказать Брейль последнее «прости». Он был рад, что она сумела продержаться до возвращения отца.
И на последних шагах заметил, что Кальдер обнюхивает что-то маленькое и темное, покачивающееся на волнах.
– Это еще что? – спросил Райф.
Фенн пренебрежительно отмахнулся:
– Дохлая почтовая ворона. Я нашел ее здесь, когда Кальдер убежал вам навстречу. Я надеялся, что на ней все еще может быть какое-то послание. Которое может навести на мысли, что тут забыли халендийцы.
– Нашел что-нибудь?
– Нет. Видать, сбруя вороны ослабла и отвалилась или ее смыло водой.
Райф нахмурился. Такие ремешки было трудно снять даже руками. Надежность крепления тут стояла на первом месте. Эти птицы преодолевали значительные расстояния, зачастую в очень плохую погоду.
– Очень жаль, – пробормотал Райф, представив себе бычью физиономию Грисса, уносящегося прочь на своей шлюпке.
Вместе Райф и Фенн добрели до разбитой кормы и пробрались мимо уже остывших останков горелки. Дарант стоял на коленях в воде рядом со своей дочерью. Брейль кивала ему, слабо улыбаясь. Она уже была похожа на привидение.
Райф держался в стороне, не желая вмешиваться. Флораан стояла сбоку от Брейль, сделав все, что могла. Одной рукой она крепко прижимала к себе Хенну, будто только объятия дочери могли уберечь ее от той же участи.
Быть вынужденным сказать последнее «прости» своему ребенку…
Райф увидел, что Флораан ухитрилась соорудить грубую шину и для своей руки. Очень находчивая женщина…
«Из нее вышла бы отличная воровка».
Перехватив взгляд Флораан, Райф вопросительно мотнул головой на Брейль. Женщина лишь покачала головой.
Райф поморщился – и тут громкий треск досок над головой заставил его вздрогнуть. Хенна съежилась в объятиях матери. Оставшийся снаружи Кальдер зарычал. Над головами у них прогремели шаги, сопровождаемые приглушенными голосами. Люди Даранта поднялись на крышу, чтобы осмотреть застрявший штырь.
Наверху с силой ударил топор. Вниз посыпались щепки. Удары посыпались один за другим. Райф поморщился. Особенно при виде того, как Брейль болезненно зажмуривалась при каждом ударе, явно ощущая, как удары передаются через пронзивший ее штырь.
Затем удары топора прекратились, и последовали три громких всплеска.
