Ледяная кровь полностью

Я вздрогнула. Моя бабушка тоже всегда заканчивала эту сказку о сотворении мира этой фразой.

– Я всегда буду слушать сказки, – сказала Кайтрин. – И когда-нибудь я расскажу их другим, расскажу о своих приключениях и путешествии по морю, об Огненных островах Сюдезии и о западе, где живут монстры, а потом я добуду меч и…

– Мама говорит, что ты слишком больна, чтобы путешествовать, – сказал один из мальчиков.

Мои глаза метнулись к Кайтрин. Она не выглядела больной, хотя щеки ее были слишком румяны.

– Я поправлюсь! – ответила она возмущенно. – Я найду место, где нет солдат и плохих людей и сумасшедшего короля.

Глаза ее матери расширились. Слушатели затихли.

– Потише, дитя, – сказал какой-то человек вполголоса.

– Мне все равно, – сказала Кайтрин, но более спокойным голосом. – Его солдаты сожгли наши дома.

– И мою деревню, – сказала я шепотом, так тихо, что сама едва услышала.

– Пора спать, детвора, – сказала мать Кайтрин, беря своих детей за руки. – Завтра снова в путь. Через два дня мы доберемся до побережья. Вам нужен отдых.

Значит, побережье всего в двух днях пути отсюда. Возможно, я могла бы следовать за ними, воруя у них еду по ночам, а через горы наверняка можно найти безопасный путь.

Один за другим, костры потушили, и все побрели к фургонам. О планах украсть что-то съестное пришлось забыть: высокий бородатый мужчина остался часовым. Он прислонился спиной к фургону и глотнул из фляжки.

Через некоторое время к нему присоединился еще один. На одном глазу у него была темная повязка.

– Нашли? – спросил он, застегивая помятый плащ.

– Не похоже, – ответил бородач. – Солдаты пошли дальше. Огнекровная уже, наверное, посреди моря, если у нее есть мозги. Если нет, то очень скоро её поймают.

Я сжалась, и сердце сбилось с ритма. Я не знала, как много других Огнекровных обитало в этих краях, но решила, что они говорили обо мне.

Человек с повязкой на глазу плюнул на землю.

– Вот что я думаю об этой Огнекровной вонючке. Она сбегает из тюрьмы, и все мы страдаем из-за этого.

Я зажала рот ладонью.

– Говорят, Огнекровные опасны, но я не видел ни одного, кто спалил бы мой дом.

– Ничего, летом мы вернемся, – сказал бородач. – Хотя какой смысл – мы восстановим дома, а эти снова придут и все заберут. Защищать нашу землю некому – остались только раненые и больные.

Другой мужчина усмехнулся.

– Небось, и мы скоро сгодимся, несмотря на это, – он указал на свой глаз, – и твою деревяшку. Толку от нас не было никакого, когда они напали.

Бородач вздохнул.

– Знаешь, я до сих пор не сплю ночами, думая об Огнекровной, которая бродит где-то рядом с огнем в руках.

Вам не надо меня бояться! Мне хотелось закричать так громко, чтобы они хоть немного поверили в это. Солдаты Ледяного Короля – вот кого надо бояться. Капитана, который убил мою мать одним взмахом меча.

– За ее голову дают хорошее вознаграждение. Пять тысяч монет. Подумать только! – бородатый мужчина потряс фляжкой, указывая вправо. – Я мог бы нанять корабль, идущий на восток, купить землю на каком-нибудь пустынном острове, построить дом. Найти лекарство для Кайтрин.

Одноглазый положил руку ему на плечо.

– Целитель в Тевросе вылечит ее. Вот увидишь.

Бородач передал ему фляжку.

– Возьми, поможет не заснуть, – сказал он и, прихрамывая, направился к одному из фургонов.

Пять тысяч… Я двинулась вглубь леса, изо всех сил стараясь успокоиться. Я никогда не буду в безопасности. Солдаты были совсем близко, нападали на деревни, и причиной была я. Если я последую за этими людьми к побережью, и мы выйдем на открытый участок, меня трудно будет не заметить. Зато на извилистых горных тропах в густом лесу есть где спрятаться.

Я не знала, что мне делать. Вдруг я услышала сильный кашель. Где-то на поляне кашлял ребенок. Я подошла ближе и увидела, как бородач нёс кого-то на руках, а за ним шла женщина.

– Магра! – крикнул человек, стуча в один из фургонов. – Пожалуйста, помоги. У Кайтрин опять приступ.

Рассказчица вышла, дрожа от холода.

– Я не знаю, что еще мы можем сделать. Все травы сгорели в огне. Даже если бы у меня что-то осталось, я уже все испробовала.

– Но сейчас ей намного хуже, – женщина, должно быть, мать Кайтрин, заломила руки. – Она надышалась дымом… и до этого она уже была очень слаба. Зима была такая сырая, – она тяжело вздохнула. – Пожалуйста, сделай хоть что-нибудь.

– Единственное, что мы можем сделать, это не дать ей замерзнуть, – мягко ответила Магра.

Девочка кашляла так сильно, что едва могла дышать. Ее мать начала плакать, зажав рот рукой, чтобы подавить всхлипы.