Тоник снял красный шарф, привязал его к лыжной палке и воткнул ее в снег как можно выше. После этого он подкатил большой снежный ком почти к самому выходу, потом пролез внутрь, положил рядом обе лыжи креплениями вниз. Получилась вполне приличная лежанка.
Высунувшись наружу, он подтащил снежный ком прямо к пещере. Затем заделал оставшиеся дырки снегом и начал укладываться спать. Застегнул все пуговицы снизу доверху, натянул на голову капюшон. Одну из рукавиц подложил под левый бок, а вторую — под голову. Чтобы не мерзли пальцы, засунул руки между ног. Теперь оставалось самое трудное — заснуть.
Профи был единственным, кто ждал автобус с Чегета. Одновременно он следил за дорогой, и если бы Тоник появился оттуда, то не прошел бы незамеченным.
Борис приехал с горы один. Начали сбываться самые плохие предположения. Но все-таки нужно было задать ему в лоб вопрос о Тонике.
— Борис, а вы Антона нигде не видели? — бросил Профи как бы невзначай.
Он отметил, как Борис на мгновение замялся перед ответом.
— Видел, — наконец последовал ответ. — Он ехал на второй уровень.
— С лыжами?
— Как будто. Я не приглядывался. А ты чего такой озабоченный?
— Он до сих пор не вернулся.
— Подумаешь, опоздал на автобус. Со мной это сколько раз было. Доберется. Такие люди не пропадают.
— А если с ним что-нибудь случилось?
— Полчаса ему нужно на спуск, полчаса до гостиницы, стало быть, через час можно начинать суетиться. А пока — расслабьтесь, милорд. Жизнь любит тех, кто ей улыбается, а не тех, кто ждет от будущего одних гадостей. Я бы даже сказал: кто чего ждет, тот то и получит.
— Я не жду плохого, я просто беспокоюсь.
Борис свернул в лыжное хранилище, а Профи немного подумал и побежал к Чегету. Он решил проверить, все ли лыжники спустились или кто-то еще катается. Чтобы не сбить дыхание, он бежал в одном ритме, расслабив корпус и максимально удлиняя шаг. Ему казалось, что он скользит над землей, бесшумно и стремительно. Снегопад только усиливал это ощущение.
Через десять минут он был у выката. Как раз подъезжал запоздалый лыжник.
— Там кто-нибудь еще остался? Вы не видели? — бросился к нему Профи.
— Нет там никого. У меня крепление сломалось, а то бы я давно спустился. Хорошо еще успел сюда выбраться, пока не стемнело.
Профи постоял у горы, пока не стало действительно темнеть, а потом побежал назад. Теперь он мчался еще быстрее, потому что уже было ясно: друга нужно искать. Оставалась слабая надежда, что Тоник встретил кого-нибудь из старых знакомых и зашел в гости, хотя это было на него совсем не похоже.
Около входа в гостиницу Профи едва не столкнулся с Алисой.
— Бегаете неизвестно где, а вас ищут, — бросила она.
— Я искал Тоника, но его нигде нет. Мои подозрения подтверждаются, — быстро ответил Профи и побежал наверх.
В их комнате все оставалось по-прежнему, Тоник здесь не появлялся. Тогда Профи спустился на третий этаж: обычно там в холле смотрели телевизор родители Тоника.
— Выключите вы этот ящик, — лениво проворчал Солдатов, играя с Гошей в шашки. — Неужели он вам в Москве не надоел? От плохих новостей портится пищеварение. Вот если бы кто-нибудь сделал передачу «Добрые вести» или «Хорошие новости», я бы ему памятник поставил. От имени всех задерганных людей с расстроенной психикой.
— По-моему, сейчас таких большинство, — поддержала его Светлана.
— Вы думаете, хороших новостей может хватить на целую передачу? — улыбнулся Виктор.
— Я убежден — хватит, — ответил Солдатов, — надо только хотеть их увидеть.
— Страус в минуту опасности тоже засовывает голову в песок. Он думает, что если ничего страшного не видно, то этого как бы и нет, — возразил Авдеев.
— А если у бедной птицы нет ничего, кроме крыльев, и страна в опасности, вы ей посоветуете улететь в теплые края? — парировал Солдатов.
— Да уж лучше, чем головой в песок, — сказал Виктор. — А где Антон? — наконец заметил он Профи.
— Не знаю, — пожал тот плечами.
— Как не знаешь? Ты ведь говорил, что он гуляет.
— Борис его видел на Чегете.
— Подожди, вы ведь сегодня ходили в бассейн?
— Он ушел оттуда один, а потом, наверное, решил покататься.
— Так он был на лыжах? И до сих пор не вернулся? — всполошилась Светлана. — Нужно его искать, вдруг он сломал ногу и лежит сейчас на снегу.
— Вот тебе и новости, Владимир Иванович, — хлопнул Солдатова по плечу Степин, а затем обратился ко всем: — Через пятнадцать минут собираемся внизу в холле. Одеваться теплее. Брать с собой фонарики, если есть, еду, водку. Но рюкзаки не перегружайте.
— А водку-то зачем? — удивилась Башилкина.
— Растирать, если кто обморозится.
Через пятнадцать минут возле кабинета директора собралась почти вся московская группа. К ним вышел Андрей Степин с незнакомым человеком.
— Мужчины, зайдите в кабинет для инструктажа, а женщины и дети останутся в гостинице. Спорить не пытайтесь, в такую погоду вы нам только осложните поиски. А не то придется еще искать и вас.
В кабинете перед разложенной на столе картой «Чегета» стояли незнакомые люди. Они оказались профессиональными спасателями.
