Саммер пыталась сохранять спокойствие, но Така видел, что даже после двухсот граммов скотча на неё начинает накатывать паника.
Странно — за последние несколько дней она много раз смотрела в лицо смерти, так что полёт в безопасном самолёте в хорошую погоду должен был быть меньшей из её забот. Но он уже понял, что Саммер нельзя назвать очень логичной женщиной.
Её мир разбился вдребезги, а сам он овладел её душой и телом. Но Така видел выражение её глаз, когда уходил от неё.
Сумасшедшая!
Она запуталась и перестала понимать, где хорошие парни, а где плохие. Неудивительно. Иногда Така сам сомневался, что между добром и злом есть какая-то разница. Может, он и сохранил ей жизнь, но хуже знакомства с ним с Саммер никогда и ничего не случалось. И ему оставалось лишь идти вперёд, не колеблясь и помня о главной цели — успешно выполнить задание. Он должен сделать все, чтобы она выжила — это решение он принимал скрепя сердце.
Така пристегнулся в соседнем кресле, пытаясь игнорировать Саммер, выбросить её из головы. Когда самолет начал выруливать на взлетную полосу, он быстро взглянул на спутницу и увидел, что её глаза закрыты, лицо побледнело, а руки сцеплены в замок на коленях — ее мучил отчаянный страх. Но ей хорошо удавалось с ним справляться. Не важно, какие неприятности подкидывали ей Така или судьба — Саммер выдерживала всё.
Така взял её за руку, когда самолёт начал набирать высоту. Саммер даже не посмотрела на него, не открыла глаз, но повернула руку ладонью вверх и переплела свои пальцы с его. Она держала его руку, пока они не оказались высоко над Тихим океаном и она не заснула, ослабив хватку.
А Така продолжал держать её руку. До тех пор, пока впервые за семьдесят два часа не отключился сам.
Вокруг сгустилась тьма, давящая, подобная бархатной пелене. Вздрогнув, Саммер проснулась и заморгала, пытаясь понять, где находится. Она странно себя чувствовала — как будто где-то парила. А потом поняла, что и правда парит. Она же в ловушкев реактивном самолёте где-то над Тихим океаном!
Дышать не получалось. Демон сидел на груди и выталкивал воздух из лёгких, повсюду были тени. В тусклом свете едва удавалось разглядеть очертания людей и предметов. Казалось, исчезли даже шустрые стюардессы, а все люди, включая Таку, спали мёртвым сном.
Дыхание не возвращалось.
Саммер отстегнула ремень безопасности, пытаясь действовать бесшумно, но её руки так дрожали, что она всё равно загремела пряжкой. Така, растянувшийся в откинутом кресле, зашевелился, но не проснулся, и она выбралась из своей небесной тюрьмы.
Прямо позади их сидений располагался туалет, к счастью, сейчас свободный, и Саммер бросилась туда, пытаясь справиться с дыханием. Она захлопнула дверь и, вцепившись в раковину, уставилась в зеркало на сумасшедшую, неспособную даже дышать!
Нет, она всё же дышала — в своей борьбе она слышала резкие, граничащие с удушьем вдохи, судорожные выдохи. Саммер сполоснула лицо водой из крошечной раковины, но лучше не стало.
Она чувствовала, как надвигаются стены, и понимала, что или потеряет сознание, или начнёт вопить — и непонятно, что хуже. И сможет ли она сама сделать выбор.
Нет, кричать нельзя. На крик примчится Така, и она подвергнет их обоих опасности.
Она засунула в рот кулак, пытаясь заглушить свою борьбу за воздух, но только усугубила дело. С губ начали срываться тихие всхлипы.
Обычно Саммер удавалось сдерживать приступы паники. Она потратила кучу денег и времени, работая над лечением аэрофобии, и знала, как успокоиться, вообразив безопасное место и начав безмятежно дышать. Но после взрыва несколько часов назад ее безопасное место исчезло.
Она не представляла, который был час, да и это не имело значения. Обрети она способность дышать, всё было бы в порядке, но горло не пропускало воздух, а паника раздирала на части.
И кто-то толкал дверь, пытаясь войти.
—
Она забыла, что для её спутника закрытые двери — совсем не проблема. Туалет был крошечным, хотя по сравнению с кабинками в эконом-классе казался просто роскошным. Такапротиснулся внутрь, закрыл за собой дверь и взял её за руки.
— Не могу… — она одновременно икала и задыхалась. — Не могу дышать
Така прижал её к себе и зажал рот рукой. Саммер хотела сказать, что это явно не поможет, но не могла. В горле зарождался панический крик. Все разобьются, а они двое заперты в этой комнатушке, и вот-вот превратятся в пепел. Огонь выжжет её лёгкие, и…
Не говоря ни слова, Така поднял Саммер и усадил на край раковины. Она потрясенно хватала ртом воздух, не в силах вымолвить ни слова. Одной рукой он сдёрнул с неё брюки и трусики, она услышала вжик расстёгиваемой молнии, и вот он уже вошел в неё с таким напором, что спиной Саммер врезалась в зеркало.
В тусклом свете он казался диким зверем. Но, убрав руку с губ Саммер, Така поцеловал её, даруя воздух. Его глубокие толчки вызвали её немедленный и поразительный отклик.
