Будучи не столь принципиальной, как Катя, Маша Ковалева сразу развязала серебряный бантик, готовая принять на радостях и накладную грудь, но не успела открыть бумажный пакет.
– А на загадки посложней вы ответите, ей-ей? – игриво пропел Дед, выходя к центру комнаты. – Уговор будет такой: раз вопрос мой непростой, коль проявите вы знанья – я исполню три желанья.
– Давай, ну давай, поскорей задавай! – сама не замечая того, продолжила стихоплетство Даша.
– В стольном граде под горой стоит терем голубой, – велеречиво начал Дед Мороз, слегка пританцовывая в такт своим велеречивым словам.
– …звезд! – крикнула Даша.
Загадка была так себе, но рифма напрашивалась сама собой, и, произнося последнюю строчку, Дед Мороз ударил об пол своим посохом, украшенным сверху обклеенной фольгой остроконечной звездой.
– Три твоих желания, все исполню за три дня, – пообещал Дед Мороз, важно кланяясь Даше. – Что же время нам терять, снова будем танцевать!
Неутомимый Мороз бросился к Маше, увлекая ее в новый танец, похожий на вальс, – все его движения были энергичные, властные и одновременно нежные. Сделав несколько па, включая наклон, он запел приятным баритоном, безбожно соединяя известные песни в одну с трудноопределимым, но, несомненно, бравурным мотивом:
Дед Мороз выпустил Машу из объятий, отошел от нее и развел руки, ожидая ответа. Студентка-историчка немного поморгала и не слишком уверенно предположила:
– Дидухом? Его ставили раньше вместо елки…
– Умница, дочка. Твои желания исполнятся точно!
А Даша подумала, что купила с пятидесятипроцентной скидкой офигенного «Деда Мороза в халатике» и непременно закажет его еще раз, даже если придется заплатить полную цену.
А Дед принялся за Катерину Михайловну, увлек ее в пляс и заречитативил:
«Всего один раз? Ошибаешься…» – хотела возразить ему Даша Чуб.
Но не стала: Катя еще не слыхала о доме-храме, пусть ломает себе голову… загадка была реально сложной! Дображанская заметно растерялась, не зная, что ответить. И, воспользовавшись ее замешательством, бойкий Дед увлек ее в пляс, зашептал что-то красавице в ухо, то ли хитрые подсказки, то ли жаркие комплименты и сладкие предложения…
Но испортить настроение Даше они уже не могли – она нетерпеливо дернула нарядный звездчатый бант на подаренной ей небольшой серебристой коробочке и достала оттуда тонкую цепь ожерелья с неровными полупрозрачными звездами, похожими на хрусталики замерзшего льда.
Ревела бесснежная зимняя буря; река рвалась из берегов; ветер гасил фонари, погружая город во тьму.
«Вода! вода!» – вдруг раздалось со всех сторон. Князь бросился к дверям, но поздно: вода черной реки захлестнула весь нижний этаж. Он отворил окно, чтоб воззвать о помощи, – ответом были лишь стоны погибающих и свист бури. Он заткнул уши, стараясь не слушать их, холодный пот обдал его… Страшно! страшно! Как разъяренные тигры, волны кидаются в окна. Еще минута, вода зальет его пол, взмокнут одежды. Что остается ему?.. Смерть, смерть, смерть ужасная! медленная!
Вот уже колеблются стены, треснули стекла, рухнуло окошко, вода хлынула в него, наполняя комнату, а в проломе явилось что-то огромное, черное… черный гроб внесло в кабинет, – мертвый пришел посетить живого и пригласить его на свое пиршество!
Свечи затрещали и погасли, в немом ужасе он увидел, как волны хлещут по паркету, все поднимают, опрокидывают; картины, зеркала, вазы с цветами – все смешалось, все трещит, все валится; лишь поверху носится открытый гроб, то бьется о стены, то снова отпрянет на средину зала, то ударит опять…
И с треском рухнули стены, раздался потолок, – гроб и хозяина дома волны вынесли в необозримое море… Они были одни посредине бунтующей стихии: он и мертвец, мертвец и он; нет помощи, нет и проблеска света! Его члены закостенели, зубы стиснулись, истощились силы; в беспамятстве князь ухватился за окраину гроба, в надежде на спасение; гроб накренился, голова мертвеца прикоснулась к его голове, он увидел лицо покойного и в остолбенелых глазах его упрек и насмешку… и что-то еще, знакомое, такое знакомое… Хищный нос, длинное лицо, огромная волчья шуба…
«Верни меня… воскреси!» – прохрипел мертвец, не открывая бледного рта.
