– Ты ведь слышала легенду о том, что на Солярии нет зимы, и не бывает плохой погоды потому, что именно там была побеждена старшая из Древних Ведьм. Очень красивая сказка… Я с самого детства мечтал когда-нибудь ее воплотить, но никак не мог увидеть этот образ целиком. Разве она не прекрасна? Эта царственная холодность, покой и созерцание, величие чистоты и гибельности! – золотистые глаза Санстара сияли, Диаспро даже показалось, что изваянная из чистейшего хрусталя скульптура древней ведьмы заискрилась в этом потоке восхищения.
Сама принцесса не видела в трех жутких призраках ровным счетом ничего прекрасного, но сказать этого сейчас не решилась. К тому же скульптура действительно завораживала, даже незаконченная, лишенная лица, она казалась живой… Диаспро невольно представила себе, как ледяной призрак скользит в небе над бескрайними снежными просторами, сея вниз пляшущие на ветру снежинки… сея забытье и гибельное умиротворение…
Зябко передернувшись, девушка обхватила себя ладонями за плечи.
Санстар привстал на цыпочки и трепетно коснулся кончиками пальцев незавершенной головы статуи. Кажется, он уже видел внутренним взором «ее» лицо…
В очередной раз напомнив себе, что влюбленность, особенно у мужчин – тяжелое психическое заболевание, при котором взывать к рассудку и, тем более, адекватной оценке «объекта» – дело заведомо бесполезное, принцесса сокрушенно покачала головой.
– Раз уж так, – неопределенно заметила она, опасаясь говорить напрямую, дабы не вызвать у художника-«бессребреника» (которому высокомерное отношение к «презренному металлу» не мешало почему-то останавливаться в пафосном номере одного из самых шикарных отелей города!) новую вспышку оскорбленных воплей. – то я тоже сделаю Вам подарок к Зимнему Солнцевороту, надеюсь, здесь возражений не будет?
Чувствовать за собой неоплаченный долг еще неизвестно сколько времени было бы… некомфортно. А обмен приблизительно равноценными подарками – вполне себе честная сделка. Ювелирная фея щелкнула пальцами, призывая один из экспонатов своей коллекции.
– Раз уж у Вас такая тяга к ледышкам…
Бриллиант был слишком крупным, чтобы подходить для какого-нибудь украшения – смотрелся бы он там не как бриллиант, а как какая-нибудь подвеска для люстры. И к тому же с изъяном – узор мелких трещинок в глубине ярко вспыхивал, поймав любой лучик света, что смотрелось красиво, но стоимость камня изрядно принижало – в общем, его давно бы следовало распилить на несколько камушков помельче и найти хоть какое-нибудь применение… да только все руки не доходили. Да и жалко было уничтожать такую красивую безделушку: дефектный алмаз напоминал звездочку, скованную льдом, словно какое-то насекомое – янтарем.
– На корону Вашей ледяной королеве.
– Не то, чтобы я в этом разбирался, но этот камешек стоит больше, чем все мои скульптуры… если не все герцогское имение Бео!
– А Вы сам сказали, что лепить ценники на подарки – неприлично и некрасиво! – парировала Ди. – Да и не стала бы я швыряться чем-нибудь действительно очень дорогим, маркиз, Вы же меня знаете.
Поколебавшись, Санстар бережно принял камень из ее руки. Бриллианты довольно долго оставались холодными, это даже было одним из способов отличать их от моментально нагревающихся в человеческой ладони стекляшек – но этот не нагревался вообще, сжимай его в кулаке хоть часами. Возможно, из-за своих размеров.
– Ваше Высочество, Вы просто ангел! – воскликнул Санстар, смирившись с внезапно рухнувшим на его блондинистую голову счастьем. Хотя львиная доля восхищения адресовалась не ей лично, а окаменевшей льдинке, Диаспро улыбнулась. «Ледяная звезда» почти ничего не стоила – ну, конечно, с учетом средней нормы алмаза подобных размеров «почти ничего» – а радости почему-то принесла словно, как минимум, половина всех джимелийских сокровищ! Сразу видно, Санни ничего в бриллиантах не смыслит…
В последний момент вспомнив, о едва не пропущенной деловой встрече, принцесса поспешно распрощалась. Если брату доложат о том, что она себе позволяет – в родное королевство проще будет вообще не возвращаться!
Выходя, Диаспро в последний раз обернулась и скользнула взглядом по расставленным в комнате скульптурам. Что же все-таки вдыхало жизнь во все изображения… кроме ее собственного? Уж в древней ведьме зимы уж точно не могло быть больше пресловутых «души» и «чувства» – но та все равно казалась… настоящей. Жутковатой, но настоящей, а не равнодушным изваянием.
Или это и был ответ Санстара на ее недавний отдающий истеричностью вопрос?
========== Интермедия 2 ==========
А что там впереди, угадай, поди.
Пляска снежная.
Только слез серебро, только вера в добро
Неизбежная.
А злодейка-Метель все стелила постель,
Предлагала вздремнуть.
Но кто вошел к ней в дом, кто забылся сном,
Тех уж не вернуть.
(Денис Полковников aka Дэн Назгул)
