— Я в области, неподалеку от Уварово — имение «Степаново», это по Киевскому шоссе.
— Нужен точный адрес, — ответила девушка на том конце провода, — и хочу вас сразу предупредить, что время ожидания машины минимум два — два с половиной часа. Пятница. На Киевском шоссе пробки. Будете ждать?
— Не надо, отмените, — со злостью пробурчала Вася и нажала отбой. Через два часа последняя электричка уже уйдет.
— Вася, — прозвучал голос Кирилла, — уже поздно. У нас тут вкусно, уютно и тепло. Давай, заканчивай с этой ерундой. Остаешься тут. Точка. Это я тебе, как шеф приказываю.
Все внутри нее кипело и бурлило, но неожиданно для самой себя, она вдруг поняла, что ей стало легче на душе, как только стало ясно, что уехать никак не выйдет. Это даже было не смирение и не спокойствие. Она сама себе боялась признаться, что испытывала самую настоящую радость. И от того злилась на себя еще сильнее. К тому же желудок, очевидно, решил устроить восстание и теперь урчал, не переставая.
— Хорошо, — сдалась она.
Стоило ей только произнести это слово вслух, признать свое поражение, как тело расслабилось. Кровь отлила от головы, в ушах прекратился гуд, а пальцы ног перестали нервно выстукивать по полу.
— Приятного аппетита, — за спиной прозвучал довольный голос тети Любы.
— Спасибо, — кивнула Вася, принявшись за еду.
Ели молча. Напряжение, воцарившееся с момента приезда хозяина с гостем, так и не спало. Напротив, в воздухе даже что-то искрило. Было совершенно ясно, что Королев порядком разозлился на товарища за то, что тот «увел» втихаря девушку, и поэтому предпочитает держать рот на замке, чтобы не сболтнуть лишнего, а Кирилл испытывает угрызения совести, отчего не решался заговорить. Вася же никак не могла смириться с той радостью, что обуревала ее изнутри. Она ругала себя, корила за эмоциональность и глупые девичьи мысли, любовно называя их про себя бредом.
— Я бы поднялась в комнату, — сказала девушка, отодвигая пустую тарелку, — устала и не хочу мешать. Спасибо за ужин.
— Ты не мешаешь, — добродушно отозвался Кирилл. — Составила бы нам компанию. Посидим на веранде?
— Нет, — девушка качнула головой, — не люблю такие мужские посиделки. Уж извини.
— Я провожу, — на помощь подоспела тетя Люба, — идем.
Женщина жестом дала понять девушке, чтобы та следовала за ней.
Как только они отошли на достаточное расстояние от кухни, экономка заговорила:
— Я тебе постелю в гостевой, напротив комнаты Кирилла. Если тебе что понадобится — не стесняйся, стучись к нему. Он парень простой, не обидит.
— Не думаю, что побеспокою кого-то, — ответила девушка. — Но все равно спасибо.
Добродушная экономка провела ее на второй этаж. Холл от лестницы расходился в обе стороны буквой «Т» — справа и слева были отсеки с комнатами. Тетя Люба со знанием дела завернула направо и открыла перед Васей крайнюю дверь.
— Прошу, — женщина улыбнулась, сторонясь и пропуская девушку в комнату. — Пульт от телевизора в выдвижном ящике. В шкафу можешь взять чистый халат. Душ и туалет в конце коридора.
— Спасибо, — кивнула девушка. — Мне уже неудобно, что вы так со мной возитесь.
— Это я еще даже не начинала возиться, — засмеялась женщина, — так что иди, отдыхай в свое удовольствие. А утром на завтрак я позову. Или с Кириллом вместе спуститесь, — тетя Люба как-то загадочно посмотрела Васе в глаза, но она списала это на свою усталость от событий вечера.
— Хорошо, доброй ночи, теть Люб.
— И тебе, — женщина ласково пожала ей руку и ушла, оставив девушку наедине с собой.
Вася закрыла дверь на замок, сняла обувь и прошла к огромному окну в пол, занавешенному полупрозрачным тюлем. Вид из окна открывался потрясающий. Вдалеке виднелся загон для выгула лошадей, черепичная крыша конюшни, зеленеющий цветочный луг и кромка леса. Вася распахнула занавески, открыла дверь на балкон и выглянула наружу. Как оказалось, ее комната находилась как раз над верандой у бассейна.
Снизу до нее долетели мужские голоса и ароматный сигаретный дымок. Девушка сначала поспешно вернулась в комнату, но спустя минуту, съедаемая любопытством, тихонько вышла на балкон. К счастью, веранду накрывала крыша из бамбуковых балок, и мужчины не могли ее увидеть.
— Заканчивай злиться, — сказал Кирилл, — я просто помог девушке в трудной ситуации. Я знаю, что ты ей предложил работу, она рассказала мне. Но также я знал, что она ни за что не согласится на это. Поэтому выбрал меньшее из зол — пусть лучше на меня работает, чем вообще пропадет из вида. Учитывая, что все это с ней случилось из-за тебя, я тоже чувствовал себя ответственным за ее судьбу.
— Она и так пропала из вида, — отозвался Королев. — Спасибо. Ты, как обычно, убираешь все за мной. Я ломаю, а ты строишь. Было бы неплохо, если бы ты хотя бы раз позволил мне что-то построить самому. Может быть, вышло бы в первый раз и не очень, но я сам исправил бы то, что натворил. Получается, я прекрасно знаю, что очень хорошо умею ломать, но не знаю, умею ли строить. Видимо, с тобой никогда и не узнаю.
