}Рука скользнула дальше, по направлению к окну, на стене вспыхивали тёмно – фиолетовые искры и тут же исчезали, словно их сдувал ветер. Совсем как у Фридриха, вот только после прикосновений мужчины выцветшие стены не начинали играть новыми красками.
}- Это и есть стазис? – не удержался от вопроса Том, разглядывая появившиеся обои светло – бежевого цвета. – А если…}
}- Не мешай, это сложно… - Билл дрожащей рукой провёл по окну. Вниз скользнула капля крови, но юноша даже не поморщился, лишь пояснил: - Плата. За всё надо платить, а кровь – такая мелочь.
}- Только если её не берут слишком много, - резонно возразил Том. – Тогда ты явно изменишь своё мнение.
}- Сомневаюсь, - покачал головой Билл. – Кровь обладает самой большой силой, что есть в человеке. Если и её не хватает, то я даже не представляю, какой мощности должно быть творимое заклинание.
}- А сколько крови ушло на создание Зимы?
}Билл промолчал, лишь щёлкнул ногтём по восстановившемуся стеклу. А Том распахнул навесной шкаф, незаметный из коридора. Дверцы протяжно скрипнули и чуть не слетели с петель, открывая взору старую посуду.
}Том замер: на самой верхней полки у края стояла большая чашка: белая, с разноцветными разводами. Их чашка. Она сама появилась в этой квартире, в один из самых первых дней.
}- Ты её помнишь, - тихо произнёс Билл, делая шаг к Тому. – Помнишь же? Вечером сели пить чай, а она на полке…
}- … а других мы не нашли, - так же негромко закончил мужчина. – Мне это снилось, в детстве. Слишком давно.
}Под ногами тихо заскрипел снег, и Билл виновато потёр правой рукой левое предплечье. Выглядел он неуверенно.
}- Наверное, мне стоит вначале привести всё в порядок, - произнёс он. – Ты… ты подождёшь, хорошо?
}- Да куда я денусь….
}- Великолепно!
}И Билл, толкнув Тома в сторону старой табуретки, взмахнул руками. В небольшой кухне тут же взметнулся ещё один снежный «смерч»}
}***
}«Уборка», как назвал её Билл, длилась почти полтора часа. Юноша практически ползал по всей квартире, шепча под нос отменяющие заклятия, изредка раня руку осколком зеркала и оставляя по углам кровавые разводы.
}Жуткое зрелище.
}Всё это время Том сидел за столом и вертел в руках ту злополучную чашку, пытаясь выбросить из головы те, совершенно не нужные, воспоминания. Он не мог помнить, каким приторно – сладким был чай, когда Билл, увлекаясь, клал слишком много сахара. Или какими мягкими и горячими были губы юноши.
}И уж точно не собирался выяснять.
}В глубине квартиры что-то упало, и до Тома донеслось тихое ругательство: Билл что-то уронил прямо на ногу. Мужчина хмыкнул и отставил кружку в сторону. Кажется, он нашёл вещь, к которой он не будет прикасаться ни при каких обстоятельствах.
}Раздались негромкие шаги, и на кухне появился Билл, ещё более бледный, чем был до этого. Волосы были взлохмачены, под глазами залегли синие тени, а левую руку юноша бережно прижимал к груди.
}- Живой? – с невольным сочувствием спросил Том.
}Билл кивнул и устало опустился на пол, прижимаясь спиной к удивившемуся мужчине.}
}- Не дёргайся, - попросил маг. – Мне так будет проще восстановить силы.
}Том лишь пожал плечами. Способ странный, но если парню он так необходим, то пожалуйста. Мужчина перевёл взгляд на окно, выходящее на заваленную снегом улицу. Наверное, целые стёкла в доме выглядели как минимум странно, учитывая обстановку. Насколько хватало глаз, повсюду были высокие сугробы, которые давно уже не убирали, поэтому кое-где они были выше человеческого роста, полностью закрывая собой первый этаж здания напротив.
}- Что там было?
}- Школа, - бесцветным голосом ответил Билл, прижимаясь к ноге Тома. – Они вечно будили нас в законные выходные своими звонками.
}- И ты им так отомстил?
}- Всех успели эвакуировать, – Том не видел, но почувствовал, как Билл пожал плечами. – Да и эпицентр находился за много километров отсюда. Там.
}Юноша замолчал, тяжело дыша. Его пальцы на колене Тома с силой сжались.
}- Я приехал сюда только спустя несколько месяцев. Решил, что если ты умер, то это будет единственным напоминанием о тебе. Да, здесь ещё жили люди, но их было мало, не больше тысячи. Все спешили в пригород, не хотели оставаться в этом муравейнике, где приходилось жить на головах друг друга и каждую ночь бояться, что сосед решит развести костёр, чтобы согреться.
}Через четыре месяца ушли все, а я запечатал этот двор. Знал, что отец будет меня искать, но не хотел с ним говорить. Я вообще никого не хотел видеть или с кем-то говорить. Просто бродил по нашим комнатам и вспоминал. Вспоминал, как ты любил сидеть в кресле в гостиной и читать очередную книгу. Ты был самым настоящим книжным червём, правда. Говорил, что навёрстывал упущенное в молодости. В молодости… Тебе было тридцать, когда всё это случилось… Даже меньше.
}Билл замолчал, судорожно вздохнув, словно сдерживая слёзы. Несколько секунд тишины, и юноша продолжил:
