Каждый раз, когда Антонио просил моего совета, я, довольный, делился своими размышлениями. Он улыбался в ответ и говорил, что рад видеть меня рядом, не подозревая, что мое сердце в этот миг разрывалось на части. На мелкие-мелкие кусочки.
Вскоре, как и предсказывал Тристан, расстроилась помолвка Лиан и Хюберта. Смерть Коллопса стала для жениха сильным ударом, к тому же его мучили подозрения о тайной связи Лиан с Баэлем. Невеста была слишком молода и вряд ли могла стать опорой, так необходимой Хюберту. Новость об их расставании слегка опечалила меня, а Тристана, наоборот, обрадовала. Зато Баэль не смог скрыть своего счастья, отчего получил целую порцию насмешек от нас с Тристаном.
– Не хочешь воспользоваться шансом и сделать Лиан предложение?
Баэль от удивления выронил смычок.
– Как ты вообще… – возмущенно начал он, а потом, смутившись, добавил: – Еще слишком рано, Лиан сейчас очень тяжело.
– Глупости. Наоборот, самое время, чтобы поддержать ее.
– Но… завтра конкурс, мне нельзя отвлекаться.
– Какая сосредоточенность! Непохоже на тебя. Обычно ты никогда так не переживал.
– В этот раз все иначе, – твердо сказал Баэль и поднял смычок.
Его взгляд выдавал, что мысленно он уже очень далеко. Я сделал вид, что не понял смысла его слов, а Тристан поинтересовался, наклонившись к Антонио:
– И что же изменилось?
– В этот раз я выложусь на полную.
Тристан повернулся ко мне:
– Ты тоже это слышал?
Я кивнул с улыбкой на лице.
– Не верю своим ушам! Выходит, что наш маэстро все это время играл спустя рукава, не прикладывая особых усилий? – театрально удивился Тристан. – Но вот что я думаю: завтра мы услышим нечто волшебное. Ах, я весь в ожидании! А ты, Коя, еще не трясешься от страха?
– Ха-ха, очень смешно.
– Кстати, слышали выступление того недомерка, Мориса Либерто, которого нарекли «вторым Баэлем»? Оказывается, он просто бесится, когда его сравнивают с нашим Антонио. Просит не называть его так, потому что скоро станет единственным и неповторимым.
Я ухмыльнулся. Кажется, юноша слишком много о себе возомнил.
– Не обращайте внимания. Начинающие музыканты часто переоценивают себя, – громко рассмеялся Баэль и продолжил играть.
Мы замолчали, как и всегда, когда начинала звучать его музыка. Мы были настолько поглощены мелодией, что не смели нарушить волшебство момента и внимательно вслушивались в прекрасное пение скрипки. Лишь когда в воздухе растаяла последняя нота, мы с Тристаном почувствовали течение времени и ощутили реальность.
Баэль вдруг спросил:
– А убийцу в итоге поймали?
– Нет. Расследование в тупике. Непонятно, какая сила помогла человеку сотворить такое. Если бы не записки, оставленные на месте преступления, все выглядело бы как смерть от неизвестной болезни.
– Может быть, это происки какого-нибудь демона? – пошутил Баэль и стал укладывать скрипку со смычком в футляр.
Видимо, на сегодня репетиция была окончена. Прежде чем я успел встать, чтобы проводить их с Тристаном, Антонио сказал на прощание:
– Увидимся завтра, Коя. С нетерпением жду твоего выступления.
– Правильно. Надеюсь, заставлю тебя понервничать.
Баэль ответил громким смехом. Глядя на него, я тоже слегка улыбнулся. Тристан захихикал и хлопнул Антонио по плечу.
Наблюдая, как они уходят, я чувствовал небывалый прилив радости. После всего случившегося мы сильно сблизились с Баэлем. Мы обменивались шутками, и он больше не относился ко мне с неприязнью. Кажется, он наконец освободился от ненависти и предрассудков по отношению ко мне. Нам стало проще общаться. Это было хорошо для нас обоих.
Когда на следующий день мы с Баэлем появились перед театром, толпа взорвалась громкими криками. Баэль, чувствительный к резким звукам, сразу же зашел внутрь. Я ненадолго остановился, чтобы поприветствовать своих поклонников, и незамедлительно последовал за Антонио.
В фойе театра было тихо: все участники уже разошлись по своим комнатам.
– А вот и наши.
Моя артистическая находилась там же, где и в прошлый раз, а табличка с именем Баэля висела на соседней двери – об этом позаботился Ренар Канон. Но мне было немного не по себе. В прошлый раз в этом помещении своей очереди ждал Аллен Хюберт.
– Он не участвует?
– Нет, Ренар сказал, что он отказался, – равнодушно ответил Баэль.
Я смотрел на дверь, где еще недавно висела табличка с именем Хюберта, и чувствовал сожаление. Антонио пожал плечами и поинтересовался:
– Ну что, увидимся после конкурса?
– Когда ты выступаешь? Я хочу послушать.
– Сразу после тебя.
– Но почему?! Опять нас будут сравнивать!
Баэль ухмыльнулся и скрылся за дверью. Я последовал его примеру и оказался в пустой комнате. На этот раз Тристана не было рядом. Он решил не выбирать, с кем остаться, и сразу направился в зрительный зал. Сегодня утром я внезапно заметил, как сильно он осунулся. Видимо, сказались переживания: от Кисэ по-прежнему не было вестей. Может, ее пророчество исполнилось и она…
