— До леса. Крайне опасного, но красивого.
Расспрашивать что-то дополнительно Лета отказалась. Её мозг был переполнен информацией, и надо было оставшееся время уделить отдыху.
Они двинулись в путь уже через час, отведав стряпню, которую принесли с собой Сыны, и залечив раны. Лета шла медленно из-за ноющего пореза на пояснице, поэтому была далеко не в начале строя, и к тому же там рядом с Логнаром и Тородом мелькал Лиам, а она пока не решила, стоит ей попрощаться с ним или просто промолчать. Чтобы как-то отвлечься от этих мыслей, она сначала завела разговор с Родериком, затем с Берси, но потом заметила Конора, который поравнялся с ними.
Не дав ему возможности сморозить очередную язвительную бессмысленную фразу, она пошла в атаку первой:
— Ты служил раньше имперцам?
— Было дело, — пробурчал он.
— Почему ты сбежал от них?
— Иди приставай с расспросами к Логнару. Глядишь, нацепив на головку капюшон, закурит трубку, сколдует себе бороду из волшебного тумана и понесётся в пучины басен и сказок, только успевай слюну подтирать от восхищения.
— Тебе так сложно ответить на простой вопрос?
— Тебе так сложно отвалить? — Конор повернул голову, обжигая её сталью глаз. — Какое тебе дело до меня?
— Предпочитаю знать о своих спутниках как можно больше.
— Повторяю, найди для своего неуёмного любопытства кого-нибудь другого. Я сказал всё, что тебе следует знать.
— Берси думает что тебя где-то там, глубоко на дне твоей испорченной душонки, мучает совесть за прошлые поступки, — проговорила Лета, улыбаясь и зная, что начинает бесить Конора.
— А ты, я смотрю, любишь чесать зубы сплетнями за моей спиной?
— Я лишь хочу понять, почему ты вернулся к Сынам. Не верю, что ради сражений и убийств.
— Мне плевать, во что ты там веришь. Я бывал на этом острове. Знаю дорогу. Знаю того, кто доставит нас туда без проблем. А в награду мне — занятная войнушка, смерть вампиров и… что ещё, Берси? — он повысил голос, чтобы его слова достигли ушей барда рядом. — Не подскажешь?
— Отмена награды за твою голову.
— Именно, — дёрнул бровью Конор. — А теперь уйди.
Лета закатила глаза и остановилась, чтобы дождаться Марка, который шагал последним. Она с удивлением обнаружила, что он разговорился с Борой, и та светилась улыбкой во весь рот.
Гэворят, что к нашему вождю явился во сне древний бог и приказал отправиться в Недх. Это божество — одно из тех; что повелевает самой природой, как наш Фрейр. Он сказал ему, что он должен сделать, ибо сехлины не могут существовать в этом мире. Они нарушают естественный баланс природы и жизни.
Аромат благовоний, которыми окуривали купальню императрицы, чувствовался издалека. Мину прошёл по мраморному сверкающему полу, сокрушаясь тем, что нёс своей госпоже неутешительные вести о поражении его отряда в Калло Интни. Проклятые Сыны Молний не оставили ни одного из его воинов в живых, раскидав их кости по всей округе, как знак их презрения. Их численность увеличилась, а замыслы были совершенно безумны. Их деяния могли в любой момент подорвать власть Империи, ведь они повадились нападать на банки крови и караваны, вселяя страх в сердца подданных, а порою и отвагу, и никто не знал, насколько была велика вероятность мятежа.
Если Империя не разберётся с бунтовщиками в ближайшее время, мирное сосуществование сехлинов и смертных окажется под угрозой.
Мину, тёмноволосый и смуглый, как и многие сехлины, принадлежал к первому и самому древнему клану, зародившемуся от крови самой императрицы. Но занять высокое положение ему удалось не сразу. Несколько веков он прислуживал знати, потом удостоился чести стать членом гвардии и только спустя добрую сотню лет он поднялся до места советника императрицы. Сохранив юношескую привлекательность, он пытался изо всех сил соответствовать своему статусу, но многие считали его положение незаслуженным, подаренным ему только из-за его миловидной внешности. Однако очень скоро Мину добился успехов в политике и военном деле, чем снискал благосклонность и доверие императрицы. Единственным его существенным недостатком была нерешительность.
Пройдя до конца открытой галереи, Мину остановился, завидев стражников.
— Я хожу видеть госпожу, — произнёс он.
Стражники, обнажённые по пояс и вооружённые ланцеями, бросили на него недоверчивые взгляды. Нижняя половина их лиц была закрыта платками, так что Мину не заметил шевеления их губ, когда они приблизились к друг другу, чтобы поговорить. Один из них жестом приказал ждать, пока другой откинул полог из тяжёлой ткани, скрывавший купальню, и исчез за ним.
