Она, казалось, почти светилась от счастья благодаря способностям Канина, и это тоже было одной из причин, почему Юни покинула школу следопытов. Для большинства Канинов, которые имели способность изменять цвет кожи, она проявлялась только когда они в ярости, подстраиваясь под окружающую обстановку, но девушка сияла от счастья и темнела, когда была расстроена. Несмотря на максимальные усилия, она не могла взять способность под контроль, и это превратилось в проблему.
Вообще-то я понимаю, почему Ридли пригласил ее сюда, как свою подругу. Она могла не подходить на роль следопыта, но во всем остальном, Юни была идеальной девушкой Канином.
В груди все болезненно сжималось, и я больше не могла стоять и смотреть на них. Мне хотелось сбежать, но на пути к двери меня перехватила Эмбер, которая настаивала на том, чтобы я осталась еще ненадолго. Но когда Тильда увидела мое состояние, она отвлекла от меня внимание Эмбер, уведя ее танцевать под ремикс Элли Голдинг.
Это был день рождения Эмбер, поэтому я не могла идти против ее желаний, но мне нужно было отдохнуть. Я поднялась наверх, там, в конце коридора, тяжелые французские двери вели на маленький балкон. Я оставила свое пальто внизу, но это и к лучшему.
Натянув рукава свитера на ладони, я прислонилась к кованым перилам, которые огибали балкон. У меня не было никаких причин завидовать Юни. Меня совсем не трогало то, что она идеальна. Она была замечательным, красивым, хорошим человеком, и у меня не было причин желать ей зла.
На самом деле я должна быть рада тому, что, по- видимому, она встречалась с Ридли, так как он всегда относился ко мне хорошо. Он был добрым, верным, всегда поддерживал меня и заслужил того же самого в ответ. Да, он бегал за юбками, но Юни была той самой правильной девушкой, которая могла заставить его остепениться. И ничего из этого не должно заставлять меня даже немного грустить.
И все-таки... это печалило меня. Причиняло такую боль, что мне было трудно дышать.
Внизу козы блеяли в лунном свете и их голоса напоминали стенания влюбленного ухажера. Я наблюдала, как они едят траву, смело тыкаясь в снег, и отказывалась признавать свои чувства. Они не имеют никакого смысла, так что я просто отталкивала их.
- Ромео, как мне жаль, что ты Ромео! - сказала я козам, как будто разговор с ними скрасит их одиночество.
- О, там восток, Джульетта - это солнце. - Произнес за моей спиной Ридли, так напугав меня, что я чуть не вывалилась с балкона.
Я оставила французские двери открытыми и, обернувшись, увидела стоявшего там Ридли. Шторы вокруг него вздымались, когда дул ледяной ветер.
- Вообще-то, балкон выходит на север, - сказала я ему, когда снова обрела голос.
- Так и есть. Откуда ты... Полярная звезда? - догадался Ридли. Он вышел на балкон и закрыл за собой дверь.
- Что ты здесь делаешь? - Я снова облокотилась на перила, так чтобы мне не пришлось на него смотреть.
- Я пришел закрыть двери, потому что мама Эмбер жаловалась на сквозняк.
Я поморщилась:
- Извини. Мне следовало их закрыть.
- Но на самом деле, вопрос в том, что ты здесь делаешь? - спросил Ридли. Он опустил рукава своей рубашки и сложил руки на груди, пытаясь согреться.
- Здесь очень холодно.
- Это не так уж плохо. - Я пожала плечами. - Мне просто нужно было отдохнуть.
- От чего?
Я промолчала, предпочитая смотреть в ночь, вместо того, чтобы пытаться объяснить, что я чувствовала. Он не ждал ответа, и мы стояли в тишине несколько минут. Даже козы умолкли, и единственным звуком был ветер, дующий сквозь деревья, и приглушенная музыка, доносившаяся с вечеринки внизу.
- Ты знаешь, что я самый старший здесь? - спросил Ридли.
Я обдумала это, а затем покачала головой:
- Родители Эмбер старше тебя.
- Стало гораздо лучше. - Он издал сухой смешок. - Наверное, я не должен был приходить сюда.
- Почему нет? - я посмотрела на него краешком глаза.
Он покачал головой:
- Я старше, чем парень, у которого десяток детей. - Сказал он, имея в виду Финна.
- Я думаю, что у него только двое детей, и еще один на подходе, - поправила я Ридли.
- Тем не менее. Это очень много для кого-то в этом возрасте. Ему вроде бы двадцать четыре, верно? - Он посмотрел вниз на балкон и рассеяно пнул застрявший комок снега. - Это слишком рано, для того, чтобы иметь так много детей.
Затем Ридли посмотрел на меня:
- Ты ведь понимаешь, правда?
- Возможно. - Я пожала плечами неуверенная в том, куда вел разговор, который только заставлял меня чувствовать себя более взволнованной, чем я уже была. - Но я не знаю, как это связано с тем, что тебе не следовало приходить на вечеринку.
- Я не знаю. Думаю, я чувствую себя старым. - Он наклонил назад голову, посмотрев на звезды, и его дыхание превратилось в облачко пара. - Я страдаю чем-то вроде экзистенциального кризиса в последнее время.
- О чем ты?
- Как ты думаешь, ты когда-нибудь осядешь? - спросил Ридли, и я была благодарна тому, что он все еще смотрел на небо и не видел изумленного и, вероятно, испуганного выражения на моем лице.
