На дороге добровольцев нагнала бричка с двумя пассажирами – мужчиной и женщиной. Офицеры приготовились их арестовать, но оказалось, что в бричке ехал генерал Гулыга, некоторое время командовавший кубанскими правительственными войсками. Точных сведений о положении дел в Екатеринодаре он не имел.
В Старолеушковскую авангард армии пришёл часам к 16. С одной четырёхчасовой остановкой в станице Весёлая, она прошла за 30 часов около 60 вёрст. Расположившись по квартирам, добровольцы валились с ног от усталости. Большинство из них, наспех поужинав, сразу же улеглось спать. Крепок и глубок был их сон в ту ночь.
Но не всем пришлось отдохнуть. Арьергарду пришлось ждать в степи, пока вся армия втянется в станицу. Лишь глубокой ночью Офицерский полк и батарея разместились на ночлег. Всю ночь не смыкали глаз заставы, охранявшие армию. Полковника Биркина с отделением 4-й роты генерал Марков направил в дозор к мельнице, где, как выяснилось позже, уже располагалась застава корниловцев в 10 человек. Полковник Биркин нашёл их в крайне возбуждённом состоянии. «Оказалось, ночью на них натолкнулась колонна красных, – пояснял В. Е. Павлов, – шедшая в станицу, и они бесшумно разделались с нею: около сотни убитых лежало на дороге и стояло 5–6 захваченных подвод с оружием»[143]. Не имея распоряжения от своих начальников, смениться корниловцы отказались.
Несмотря на походные трудности и непредвиденные задержки в пути, у добровольцев преобладало приподнятое настроение, ведь переход железной дороги равносилен крупной победе.
У корниловцев, во 2-й роте, офицеры раздобыли граммофон. Молодость и задор взяли верх над усталостью. Поставили пластинку «Дунайские волны». Грянул духовой оркестр и зазвучал знаменитый вальс.
Два офицера галантно пригласили на танец сестёр милосердия Варю и Таню. И, отбросив усталость, взволнованные и юные, словно на балу, закружились по комнате две пары…
Рано утром 27 февраля (12 марта) генерал Корнилов повёл армию дальше, в станицу Ирклиевскую. До неё следовало пройти 16 вёрст. Головные части, обоз и главные силы совершили переход спокойно. Уже при выходе из Старолеушковской арьергарда на него налетел кавалерийский отряд красных, но, получив отпор, быстро ретировался. Других боевых инцидентов за переход не случилось, и вечером армия втянулась в Ирклиевскую, где провела и весь следующий день, восстанавливая силы.
Так началось движение армии по Кубанской области, которой суждено было сыграть одну из ключевых ролей в становлении Белого движения.
Под Выселками ранним утром 3 (16) марта Партизанский полк умылся кровью. «За весь 2½-месячный “Ледяной поход” среди полсотни боев, которые нам пришлось вынести, бой за Выселки рано утром 3 марта оставил в моей памяти самые тяжкие воспоминания… – сокрушался А. П. Богаевский. – Селение мы взяли, но ценой каких отчаянных усилий и жертв!»[144]
