Ледяной Принц полностью

Я стиснул челюсти и сжал руки. Нок. Нет, там никогда не было такой лёгкости. Он всегда был на расстоянии. Холодный. Непоколебимо преданный. Это было идеальное сочетание, чтобы привлечь меня. Кто-то, кто никогда не сможет по-настоящему любить меня, и, следовательно, кто-то, кто никогда не сможет причинить мне боль. Кто-то, кто никогда не предавал — не предаст — меня. Мне потребовались годы, чтобы понять, почему я был так соблазнён Ноком, почему я влюбился в него, даже зная, какие последствия будет иметь его проклятие, если он когда-нибудь ответит на мою любовь. Это был способ справиться с невообразимой болью, которую причинил Джуд. Боль, с которой я даже сейчас отказывался сталкиваться. Влюбиться в Нока было ядовито, но это сработало. Воспоминания о Джуде слегка померкли, и я защитил себя от того, чтобы снова испытать ту же агонию.

Глубокий гул вырвался из горла Гейджа, и он перестал ходить вокруг. Когда он откинулся на ладони, его широкая грудь вытянулась, а кожаный шнурок, стягивающий воротник, немного ослабел. Это действие вывело меня из задумчивости и прогнало часть мрачных эмоций и хорошо, да, у меня тоже немного пересохло в горле. Я прищурился. Отдавал ли он себе отчёт в своих действиях? О том, что его расслабленная поза читалась как открытое приглашение? В тусклом освещении библиотеки, окружённый книгами и тихим потрескиванием угасающего огня, он был живописен. Мягкие каштановые волосы вились на концах, чуть выше плеч. Тонкие губы растянулись в кривой усмешке. Его место было на одной из картин, висевших на стенах. Не здесь, передо мной, осязаемый, реальный и очень, очень опасный.

— Значит, кто-то, кого я не знаю, — тихо сказал Гейдж. Мягко. Он слегка наклонил ко мне подбородок. — Мне всё ещё любопытно. Узнать тебя.

Сидя неподвижно, я едва дышал. Он был так близко, что каждый вдох приносил с собой аромат кедра и груш. Он сглотнул, и моё внимание переключилось на впадинку в его горле.

Впервые за много лет я не смог найти слов. Не сумел придумать подходящего ответа. Почему я не мог думать? Или, вернее, почему я должен думать только о нём? Все мысли о Ноке, о Джуде просто рассеялись. Был только Гейдж, который выжидал с кривой усмешкой. Я заставил себя сосредоточиться на его изогнутой губе. Это было прекрасным напоминанием об угрозе, которую он представлял. О чувствах, которые он мог вызвать, об уязвимости. Мне не нужны были эти чувства. Они приведут только к боли, и мне нужно было очистить свой разум, чтобы помочь Ноку и моей семье разобраться с Клятвой Круора. Я сложил руки на груди, и моё тело практически кричало от негодования. Он был так близко. И всё же я спрятал руки и отодвинулся, увеличивая расстояние между нами, не вставая со стула.

— Мы должны вернуться к работе.

Круто. Холодно. Тон, который я задал, был далёк от бурлящей волны эмоций, которые я отказывался признавать внутри себя. Его соблазн был слишком силён. Слишком. Это было единственное приемлемое объяснение.

Улыбка Гейджа дрогнула. Он медленно отстранился.

— Ну, конечно.

Нельзя было не заметить разочарования в его расслабленной фигуре, но я подавил желание продолжить разговор. Было бы жестоко заставить его думать, что есть шанс на что-то. Его не было. Не могло быть. Опустившись на стул, Гейдж снова потянулся к «Зейну и Павшим Лидерам».

— Если передумаешь и захочешь поболтать, ты знаешь, где меня найти.

Несмотря на то, как я устал, и физически, и морально, я вернулся к стопе томов передо мной, не дав ему ответа. Было легче, безопаснее затеряться в мире слов, чем в разговоре с Гейджем. Особенно когда неизвестно, какую историю он попытается раскопать.

ГЛАВА 8

НОК

На следующее утро мы с Линой вернулись в библиотеку, и были потрясены, обнаружив, Коста и Гейджа всё ещё за одним из столов. Прижавшись щекой к книге и сдвинув очки набок, Кост дремал, скрестив под головой руки. Незнакомый пиджак винного цвета был наброшен на его плечи, как импровизированное одеяло. Гейдж лежал рядом с ним, уткнувшись лицом в открытую книгу, как будто заснул во время чтения. Рядом с его рукой возвышалась стопка пергаментной бумаги, сверху донизу исписанная мелким почерком.

Единственным не спящим в комнате был Квинт. Он поднял глаза поверх плеча Гейджа. Его озадаченное выражение лица сразу же сменилось безразличием, когда он встретился со мной взглядом. Коротко кивнув, он выскользнул из библиотеки, не сказав ни слова.

— Кто это был? — спросила Лина.

— Квинт.

Я прищурил глаза. Всем наёмным убийцам разрешалось пользоваться библиотекой, но почему именно он был здесь, читал, всматриваясь поверх их плеч? По словам Озиаса, с тех пор как он восстал, он только и делал, что жаловался. Ничего явно выходящего за рамки, но и доверия он не внушал.

— Он новенький.

Мой голос испугал Гейджа, и тот вскочил со стула. Его каштановые волосы стояли дыбом, как будто он слишком много раз впивался пальцами в кожу головы, прежде чем заснул. Моргая, он оглядел комнату и остановился, увидев нас.

— Доброе утро, — Лина сжала губы, борясь с улыбкой. — Как спалось?