Единственным звуком в городе был шум водопада. Звери не галдели. Не было слышно ни гула голосов заклинателей, ни смеха детей. Ничего. Мы сделали несколько шагов по покрытому инеем лугу. Наши подошвы с хрустом примяли сверкающую траву.
– Не к добру это, – Оз потер шею.
Не сговариваясь, Калем и Кост встали по обе стороны от меня. Их защита была мягким одеялом, в которое я хотела завернуться, но морозный воздух нельзя было игнорировать. Что-то было не так. И как бы сильно мое тело ни желало уюта, мои сердце и душа толкали меня вперед, к неизвестности.
В Хайрит. К заклинателям. К Ноку.
В тронном зале Хайрита было тихо, несмотря на то что он был битком набит людьми. Я видел множество лиц, и все же ни одно из них не принадлежало той, кого я искал. На моем запястье блестела клятва, и я похрустел шеей. Скоро. Язмин пообещала, что если я побуду ее личной охраной, то она отдаст мне то, что мне было нужно.
Я стоял сбоку, прячась за одной из толстых колонн в море теней, которых было достаточно, чтобы окутать целый город. Я ждал и наблюдал. Лучи красного света прорывались сквозь тьму, напоминая мне о моей основной цели: убить. Я должен был положить конец этому ужасному кошмару и даровать покой тем, кого любил.
Язмин стояла на выступе, за ее спиной возвышались троны Совета.
– Нас предали, мои дорогие заклинатели, – ее голос был мрачным, но четким. Новость распространилась по залу, не вызывая трепета.
– Что случилось? – раздался голос из зала.
– Совет оставил нас. Его новый представитель, Лина Эденфрелл, отравила умы своих братьев и сестер, настроив их против нас. Тристан и Эйлан погибли, – она приложила дрожащую руку к груди. – Остальные сбежали. И именно они несут ответственность за нападение тварей.
– Это правда. Я чувствую себя виноватой перед вами, ведь именно я порекомендовала Лину на место Винна.
– Нет!
– Это не ваша вина!
– Защитите нас!
Язмин махнула рукой.
– Как Корона Совета, я буду защищать вас. Я всегда буду защищать наш народ, – сойдя с возвышения, она приблизилась к светящемуся круглому алтарю, на котором были выгравированы руны их древнего языка. Символы светились тем же проклятым оттенком красного – как пелена в моем сознании и метка на руке заклинательницы.
В самом центре круга стояла пустая оловянная чаша. Язмин уставилась на нее и вытащила из-под мантии пузырек с кровью. С моей кровью. Не слишком высокая цена за то, чтобы, наконец, отделаться от гнета клятвы.
Язмин снова повернулась к толпе.
– Я боюсь, что худшее еще впереди. Оставшиеся в живых члены Совета бежали. По указке Лины они присоединились к Вильхейму, вместе с которым они намерены выгнать нас из нашего же дома.
Гневные негодующие крики переросли в гул. Язмин едва ли повысила голос, когда снова заговорила, но толпа тут же смолкла.
– Я не могу притворяться, что понимаю мотивы. Я лишь знаю, что грядет. Мы должны будем постоять за себя. Мы должны будем бороться за наш дом.
Мужчина в первом ряду нахмурился:
– Но мы никогда не воевали. У многих из нас даже нет сильных зверей.
Язмин поджала губы:
– Мы
Ее слова были встречены молчаливым шоком. Прошла целая вечность. Тени взвились вокруг меня, реагируя на мое нетерпение. Их война для меня ничего не значила. У меня была работа, которую нужно было сделать, иначе клятва сожжет меня дотла, а мои любимые люди не обретут покой.
– Война неизбежна, – ровным голосом сказала Язмин. – Но богиня на нашей стороне. Она явила мне способ призвать Окнолога и использовать его очищающий огонь, чтобы восстановить баланс в нашем мире, – она повернулась лицом к прекрасной статуе богини и ее зверя. – Заклинателей когда-то почитали во всей Лендрии. Могущественные и добрые, они шли по жизни с улыбкой, – резко повернувшись обратно к толпе, женщина нахмурилась. – А затем жители Вильхейма обманули нас. Они были жадными и хотели силу, которой богиня одарила нас. Окнолог поможет исправить их ошибки.
Тот же самый человек, что и раньше, осмелился заговорить снова:
– Уважаемая Корона, то было сотни лет назад. У нас нет никакого желания ворошить прошлое ради войны, которая может навредить нашим зверям. И Окнолог… – его взгляд скользнул к гигантской статуе. – Он был опасен для всех. Его невозможно было контролировать. А способа пробудить его нет…
Язмин растянула губы в фальшивой улыбке.
– Ты не прав. Я знаю, как пробудить Окнолога. И как приручить его. Он станет нашим защитником, – она широким жестом обвела всех собравшихся. – Направляя поток нашей общей магии, я благословлю этот ингредиент, и Окнолог будет служить нашему общему делу.
За ее словами последовал прилив силы. Невидимой, но осязаемой. Ошеломленные заклинатели переглянулись между собой, когда воздух сгустился.
