Я подавилась едой, а Нок закатил глаза. Протянув мне стакан воды, он погладил меня по спине.
– Уверен.
– Подтверждаю, – я отставила стакан и взяла кусочек поджаренного дрожжевого хлеба с маслом.
Калем рассмеялся, привлекая к себе внимание нескольких заклинателей, которые тут же навострили уши. Оз покачал головой и вернулся к своим блинам с легкой улыбкой. Даже Кост, казалось, чувствовал себя расслабленно, когда едва заметно улыбнулся мне.
Мое сердце наполнилось счастьем.
Гейдж отложил книгу и повернулся ко мне.
– Не хотелось бы вываливать на тебя информацию вот так сразу… – его голос стих, и взгляд устремился мимо меня. Повернув голову, я увидела ледяной взгляд Нока и тут же стукнула его кулаком в грудь.
– Не хмурься. Пусть он введет меня в курс дел.
Нок на секунду потупил взгляд.
– Ладно.
Я запихнула в рот еще одну вилку омлета и повернулась к Гейджу, который потирал шею.
– Я нашел несколько фолиантов и заклинаний в комнате Язмин, которые меня встревожили.
Моя спина выпрямилась.
– Продолжай.
– Вся информация зашифрована, но не то чтобы это какая-то большая проблема, – он поиграл с куском пергамента, который был исписан корявыми словами и цифрами, как будто он уже начал разгадывать загадочные тексты. – Это займет какое-то время, но у меня такое чувство, что в них содержатся ответы, которые мы ищем.
Нок нахмурился и отодвинул свою тарелку с нетронутой едой.
– Например?
– Например, зачем ей отправлять вас к руинам Осло и Силвис и надеяться, что вы станете жертвой Никс-икари, когда она могла бы убить вас обоих с помощью зверя из своего арсенала? – Гейдж смущенно пожал плечами. – Без обид.
– Никто и не обижается, – сказал Нок.
– И еще… – он заколебался, кинув быстрый взгляд на Коста, и опустил глаза на лежащие перед ним тексты. – Это магия крови. Язмин для чего-то понадобилась твоя кровь. Я могу лишь предположить, что это как-то связано с пророчеством древних заклинателей. У нее были заметки на этот счет.
– Пророчество? – уточнил Кост.
Гейдж кивнул.
– Существует старый гимн, который поют заклинателям в детстве. В наши дни это просто колыбельная, но… Все сводится к возвращению Окнолога и разрушениям, которые он с собой принесет.
У меня по коже побежали мурашки, и я выронила вилку. Нок посмотрел на Гейджа, затем на меня, но я проигнорировала его.
– Текст этой песни также выгравирован рядом со статуей Селесты в тронном зале. Там еще что-то говорится о человеке, который поможет Окнологу обрести душевный покой. Верно?
– Да, – Гейдж взял одну из заметок Язмин и поморщился. – Язмин явно видит себя в роли этого человека. Все эти заклинания были ее попытками исполнить пророчество. Во всяком случае, я так думаю.
– Для чего нужны эти заклинания? – спросила я.
– Мне удалось расшифровать всего несколько слов отсюда, – он поднял кусок кожи, который выполнял роль пергамента. Мой желудок скрутило. – Здесь упомянуто имя Окнолога. Остальное, что я смог прочитать, кажется слишком сложным или невыполнимым. Мне нужно время, чтобы сказать что-нибудь более конкретное.
Мрачный голос Гейджа пробудил болезненные воспоминания. Когда Винн пытался приручить меня, разве он не говорил что-то в этом же духе? Что-то о заклинаниях и ингредиентах, которые были ей нужны, но их не существовало? В ушах у меня раздался глухой звон. Должно быть, Винн имел в виду приручение Окнолога.
– В Круоре есть несколько книг, которые могли бы помочь, – голос Коста был тихим, и он кивнул Гейджу. – Мы найдем ответы.
– Я просто не понимаю, почему она зашла настолько далеко, что предала себе подобных, – сказала я, и в моих венах закипел гнев.
Неужели Язмин была настолько ослеплена желанием приручить Окнолога, что готова была пожертвовать своим народом? Я вспомнила слезы Селесты. Какие бы планы ни строила Язмин, они были опасными и коварными.
Гейдж уставился в пустоту.
– Я сам в растерянности.
Я хлопнула ладонью по столу.
– Черт побери.
– Лина, мы остановим ее, – сказал Нок, поглаживая мое плечо.
Гейдж аккуратно спрятал кусочек кожи в фолиант.
– Кстати, Язмин была права. Записи всех наших заседаний действительно были в библиотеке. Если бы она не сказала, то я бы даже не додумался заглянуть в архивы. И в итоге выяснилось, что Язмин изменила наши воспоминания.
– Что? Как? – я уставилась на книги, лежащие перед Гейджем, и узнала один из томов, который Актариус писал с помощью своей магии. Тот самый, за последние пятьдесят лет.
– Все ответы здесь, – пальцы Гейджа медленно двигались по тексту. – После того как мы отклонили ее предложение о прямом нападении, она уступила. Точнее, только сделала вид. Мы завершаем каждое заседание церемониальным распитием вина. Должно быть, она была готова к нашим возражениям, потому что в итоге в тот день мы пили вино с мощным зельем из секрета Квалинта.
Гейдж долго смотрел на свой кубок, после чего откашлялся.
Я с трудом подбирала слова. Секрет Квалинта в небольших количествах действительно приводил к потере памяти. У немногих заклинателей Квалинт был в арсенале, но неудивительно, что он был у Язмин. И неудивительно, что она знала, как сварить это ужасное зелье.
