– А ты как хотела, чтобы тебе сразу зверюшка доверилась? В жизни не все как по волшебству легко выходит…
«Если бы по волшебству легко выходило», – подумала Маша, но вслух ничего не сказала. Незачем признаваться в своих колдовских способностях женщине. Хотя с нечистью она неплохо ладит…
В первую же ночь яблочко пропало из амбара. Маша специально заглянула туда поутру, проснувшись одновременно с теткой Марьей. Впрочем, ближе к полудню они снова уснули, равно как и все в деревне. День, хоть и считался праздничным, оказался тихим, заполненным сном и бездельем. Лишь с наступлением темноты люди высыпали из домов, все – от мала до велика – отправились в лес, с песнями, с мешками, в которых что-то тихонечко позвякивало. Был такой мешочек и у тетки Марьи, в нем оказались бисерные звезды, которые они с Машей с помощью палки с крючком вешали на растущие вдоль их забора елки. Деревенские соревновались, кто повесит звезды выше, у кого они больше, затем все, за исключением маленьких детей, отправились в общий дом, где уже были накрыты столы. Развалились лениво жареные куры, дожидались своей очереди начиненные кашей румяные поросята, застенчиво алели клюква и моченая брусника, влажно блестели соленые огурцы и грибы, исходил ароматом сбитень, гордо выпячивали пышные бока всевозможные пироги…
– А почему мы ничего не готовили сегодня? – обратилась Маша к тетке Марье.
– Потому, что я на уборку записалась, а не на готовку, – ответила та. – У Павлины пироги пышнее получаются, а Пафнутьевна поросят жарит – корка хрустит, мастерицы наши.
Маша только закивала в ответ – рот у нее был набит домашней колбасой и сыром. Утолив первый голод, она с любопытством принялась рассматривать людей, сидящих за столом.
– Ты племяшка Синицыной! – ухватила Машу за руку румяная девочка лет тринадцати. – А я Варя! Айда гадать, к Лушке Романуха пришла, всем правду говорит.
– Да она мала еще гадать, – засомневалась тетка Марья. – Это вы женихов дождаться не можете, а Маша девочка серьезная…
Но «серьезную» Машу как ветром сдуло из-за стола. Она торопливо взбежала следом за новой знакомой на второй этаж. В спальной комнате, около жарко натопленной печки, сидели молодые люди – совсем мальчишки и девчонки, а с ними настоящие «женихи» с «невестами», как выразилась бы тетка Марья. Они с интересом прислушивались к старухе, в которой Маша опознала гадалку из дикушек. Ту самую, что предсказала ей встречу с семьей и старым другом.
– А, нашлась, пропажа, – неприветливо буркнула она при виде девочки.
– Романуха, это новенькая наша, к тому же ученица лекаря.
– Ну давай, новенькая, посмотрю, что было, что будет, чем сердце успокоится.
Стало тихо-тихо, только с первого этажа доносилась протяжная застольная песня, да ветер тосковал в трубе, бросал в окно горстями снежинки, будто конфетти. Молодежь сгрудилась вокруг Маши, всем интересно было, что скажет гадалка незнакомой девочке, появившейся таким таинственным образом.
– За год один проживаешь несколько лет, – вдруг сказала старуха, не рассматривая, а разминая Машину руку своими темными, кривыми пальцами. «Это она про мои путешествия, я и в самом деле за секунду своего мира проживаю много месяцев, мне было бы уже лет тринадцать, если бы время для меня не останавливалось», – подумала девочка, но ничего не сказала.
– Не пойму, что у тебя, не определилась твоя судьба, – гадалка отбросила ее руку.
– Ну вот, – расстроилась больше всех Варя. – Я что, зря ее привела?
– Да я хотела в глаза ее бесстыжие взглянуть, – ответила гадалка.
– Почему бесстыжие? – удивилась Маша.
– А ты у совести своей спроси…
– Наверняка украла что-то у Сухостоя, склянку или банку, – брякнул кто-то из толпы, и все засмеялись. Маша, воспользовавшись этим, наклонилась к гадалке и спросила:
– Это потому, что я убежала, да? Но девушки и Мишка знают, куда я делась.
– Разбиты снеговики, разбежались дикушки, разогнал их Зверюга, ужас Горы Ледяной угрозы, – ответила ей старуха. – Мишка тебя искать пошел да и сгинул. Но это не единственный твой грех, у тебя и других полно.
– Это каких же? – удивилась Маша, уж она-то была о себе более лестного мнения.
– Дом твой по тебе плачет. Ищешь счастья в чужих краях, толку пока маловато. Уйди с глаз, ничего тебе не скажу, мне не поверишь, пока сама не поймешь, – старуха прикрыла глаза рукой.
– Погодите, расскажите про Мишку, и что за зверюга, и про счастье, – напрасно просила девочка.
– Романуха, а Романуха, ну хоть про жениха чего-нибудь скажи, – попросила ее Варя, окружающие опять рассмеялись.
– Про жениха… – старуха глянула на Машу из-под косматых бровей. – Есть у тебя три жениха – один дома, один далеко и один скоро появится… Первый тебя не любит, но хочет полюбить, второй тебе изменит, а третий тебя погубит. Ступай!
– Спасибо, – сдержанно произнесла Маша. – Только зря вы на меня сердитесь. Я ничего не знала ни про дикушек, ни про Мишку. Мохнатко привез меня в эту деревню, защитил от чудовища…
– Стой! – остановила ее старуха. – Ты права. За это дам тебе совет. Что собиралась делать, делай сегодня. Другого случая не будет!
