Потом поднялось ещё большее облако пыли… внутри него что-то стало бурно, жадно шевелится. С шумом и грохотом переваливающихся обломков тяжелой плитки, из дыры, куда падали убитые муравьи и раненные люди, которых те утаскивали, вылезла огромная щупальца. Она была покрыта склизкой кожей, которая блестела и переливалась в лунном свете. На её конце были огромный клык, длинной с копье, и шириной с три или четыре клинка палаша, оно извивалось и тянулось к небу, затем оно замерло. Все солдаты глядели на него.
В это время барбакан начал трястись, лучники и стражники стали переглядываться. Почувствовавший подземные толчки Ардес, повернулся и крикнул:
— Вон со стен! Все прочь отсюда! — после этих слов его лицо скривилось в страхе, который все же проступил, и тогда щупальца дернулась и устремилась к нему. Она ударила его, пробив клыком на сквозь! Тело Ардеса было насажено на огромный коготь — клинок. Из его рта текла кровь… Щупальца вознесла его высоко, а потом опустилась в дыру, из которой вылезла… послышался хруст и жевание… Потом брызг крови и вылетающие потроха из ямы.
Солдаты бежали с барбакана на стены. Барбакан стал ссыпаться и разваливаться на глазах. Муравьи бежали с моста, по другую сторону люди бежали вверх по улице… весь этот ужас сопровождался криками, лязг метала прекратился, как и хруст. Из ямы вышли ещё щупальца… Лучники на домах открыли огонь. Из дыры поднялось шесть ужасных щупалец. Все шесть стали бить по крыше, протыкая лучников и уволакивая их в тьму дыры, где их что-то пожирало. с другой крыши также начали стрелять из луков, бросать камнями и кидать копьями.
С грохотом Барбакан превратился в груду камней, и камни эти летели вниз по склону холма. На образовавшиеся кучи поломанных темных кирпичей стали взбираться муравьи. В это время один из стражников вышел из рядов перепуганных солдат, с мешком жира, он начал лить его вниз, затем, недолив полностью кинул его внутрь. Показался Аскольд. Отступающая толпа воинов остановилась и стала глядеть, как на фоне наступающих по развалинах тварей, злобный озверевший сотник кидает факел внутрь дыры. Поднимается дым, в дыре вспыхивает пламя, щупальца ускользают внутрь.
На весь город раздалось бурление и визг, нечто схожее с ужасными воплями…
— Умри! Ужасная тварь! — кричал Аскольд… его люди вышли из фаланги и стали закидывать камнями дыру, другие кидали увесистые обломки плит внутрь, с метали копья. Ещё десяток вышел и спереди окружил дыру, встав ровно и направив копья на врага.
Толпа воодушевилась таким беспримерным мужеством! Несмотря ни на что, Аскольд командовал солдатами, не слушая приказов, он просто защищал свой город.
— Стоять! Держать строй! Лучники огонь! — кричал он, уже не думая, слушают его или нет, он просто действовал, охваченный злобой и стремлением уничтожить врага.
Лучники на ближайших дома и на краю стен, после которых шли развалины, стали стрелять. Стражники стали хаотично, стихийно выстраиваться в фалангу и направлять копья на врага. Они встали по всей ширине улицы, у переулков, на баррикады, под самыми стена встали лучники и стали с боков обстреливать муравьев. Те все наступали, топча и превращая в месиво своих братьев, или родителей, все они слишком быстро плодоносили и не так скоро умирали.
Ужасные монстры стали вклиниваться в ряды, но люди стояли жестко и били их, копьями снизу, кололи их в глаза, кидали камнями. Монстры гибли десятками, строй людей не дрогнул… Муравьи наваливались все больше и больше, они шли с новым рвением, и не уступали людям в целеустремленности. Но их холод и жажда крови только гнали их на смерть. Фаланга стала отступать. Аскольд стоял среди воинов и поддерживал их.
— Стоять до конца! Бей их! Бей! — кричал сотник, но командовал он целым тысячами. Из-за толпа показались шипастые твари, они забрались на горы мертвых муравьев… другие отступили. Покрытые шипами монстры стали дрожать потом они приподнялись на задним лапах и из их спин полетели шипы. Шипы попадали в ноги Людям, в щиты, в голову.
Солдаты кричали от боли и падали мертвые, строй ломался.
— Лучники! — крикнул Аскольд, и среди расстроенных копейщиков стали выбегать лучники и пускать стрелы в шипастых стрелков врага. Те визжали и прятались, разбегались… лучники палили по ним, без передышки. Со стен все продолжали стрелять. Град стрел обрушился на монстров.
— Вперед! — крикнул Аскольд, и махая своим великолепным мечом в руках кинулся в первых рядах. За ним побежали сотни солдат, по всей ширине улицы, и стали также нелепо карабкаться по мертвым муравьям. Они зашли на горы. Лучники снова встали среди копейщиков и стали пускать стрелы, которые уже кончались… когда все снаряды были пущены во врага. Копейщики ринулись на муравьев. Муравьи ужа отступали к дороге. Лучники на стенах стали уходить, за новыми стрелами, которые почему-то перестали доставлять на поле боя…
