— Если ты не прекратишь сейчас это, я выбью тебе все зубы, мужик. Иди обратно и не дергай меня по пустякам, мне сейчас не до тебя… — Дормин был слегка озлоблен. — Мне плевать, кто ты. Я нашел тебя на ферме, вместе с остальными. И это все. — он вновь повернулся и стал куда-то вглядываться.
Баор был в гневе. Но он ужасными усилиями погасил его… он принял абсолютно хладнокровный вид, и решился вновь достучаться до сотника. На этот раз он был настроен куда серьезнее.
— Я превращу твой череп в месиво быстрее, чем твои солдаты доберутся до меня. — спокойно сказал охотник. Дормин повернулся с ошарашенным видом. Он округлил глаза…
Дорога в этом месте поворачивала. И проходя к сотнику, Баор сделал еле заметную дугу, дозорный находился ещё дальше. Но кусок лагеря все же выглядывал, и причем достаточный, на расстоянии шести десятков шагов…
Баор быстрым и точным ударом попал в солнечное сплетение. Потом быстро нанес удар по почкам. Он схватил Сотника, который начал задыхаться и падать, у того видимо потемнело в глазах, и он уже начал терять сознание…
* * *
Сотника он положил в кустах. Сразу же двинулся на юго-запад, там, где через пару десятков миль от фермы Вилмара, начинается Вторая цепь гор. Там и появляются те самые низины.
Он решил, что пройдется по лесу в поиске ещё ферм. Затем он выйдет и пойдет южнее, где есть полоса ледника, но в основном покрытая каменистыми полями с мхом и мелким кустарником. Там, где выращивают лошадей. Он попробует там найти свой дом…
Эта проблема стала для него центральной, и никак не могла быть решена. Он и сам понимал, но пытался. Так как, ничего другого не оставалось. Но если подумать, что идеал не существует… А для него сейчас это была бы семья, дело и дом… То он может жить бесконечным стремлением к лучшему. Теперь он уже не сможет даже сказать: "… и я буду доживать свои дни." Нет. Теперь он будет только искать жизнь, и умрет в этих поисках. Но это было не так страшно.
Люди города, как он однажды услышал, называют таких людей бродягами. "Бродяга… — подумал он, — звучит неплохо."
Он не умел охотится на животных в этих краях, и поэтому найти ферму было крайней необходимостью. О своих страхах и подозрениях сотник ничего не рассказал. Значит Баор мог только догадываться, что же он увидел, на другом конце ужасающей, мертвой тропы.
Охотник двигался быстро, тихо, скрытно. По ночам он не разжигал костры, здесь было тепло… но он тот факт, что свет может увидеть кто-то, кого ему не хотелось бы встретить, пугал охотника. Он только ненадолго поджигал огарок свечи. Чтобы окутать себя легким запахом дыма, от которого уходят звери.
Днем он снова шагал, как несколько недель тому назад, до того, как вернулся на ферму. Там его вылечили… И он снова мог путешествовать. Баору можно было бегать, ходить и вновь часто голодать. Но этого ему не хотелось, и мысли возвращаются к поиску ферм. Их достаточно. Также достаточно и дорог, проторенных в лесах, чтобы собирать зерно. Настолько, чтобы рано или поздно наткнуться на одну из них.
Это произошло во второй половине дня. Баор повернул на юг, и решил идти в нескольких десятках метров от дороги. Он даже встретил один из отрядов фаланги, потрепанный, неполный, с большими телегами зерна. Видимо, там была крупная ферма, больше, чем та, на которой жил охотник до прихода колонны. Была также ещё одна телега, в которой везли раненных, несколько солдат хромало, на щитах были стрелы, копья были потеряны, было даже несколько без руки или ноги. Солдаты были тотально уставшими, почти фатально. Казалось, они не выдержат ещё одного боя. Но это было не так, и Баор знал по себе, что страх смерти бьёт усталость, другие страхи, жажду… все что только можно, иногда даже боль, но только если человеке действительно боится и отчаян. Отчаянные на многое способны. Фермеров в колонне не было, значит они остались там, возможно там есть еще солдаты, туда лучше не ввязываться.
Баор хотел только еды, питья, возможно лук и одежду…
* * *
Новая ферма представляла из себя четыре крупных поля, в квадрате, они пересекались лесными полосами, толщиной в одно дерева.
В центре, на перекрестке лесополос, стоял один большой бревенчатый дом, двухэтажный, с дощатой крышей, верху покрытой слоем грунта, поросшим травой. Окна были такие же маленькие, ближе к потолку. К двери вели деревянные ступени, очаг также был из камня, как и в прошлый раз. Дом был повернут на юг. Ферма была построена по сторонам света.
Здесь было не слишком много солдат, примерно девять десятков, четыре дежурило по концам лесополос, один в перекрестке, и еще четыре по углам фермы. Поля поросли колосьями пшеницы. Вот-вот будет сбор. Солнце начало садится, и колосья трепались на ветру, покрашенные в еле заметный красный оттенок, как и хвоя на ветках елей. Баор сидел на юге… неподалеку от одного из дозоров. Его не заметили, он был профессионалом в плане того, чтобы быть тихим. И он думал о том, что ему стоит делать, когда судьба преподнесла ему подарок!
