– Надо было там остановиться, когда я тебе говорила, – продолжала упрекать спутника женщина.
– Мне надоела твоя болтовня! – Старик злобно зыркнул в ее сторону, но она, похоже, совсем не испугалась. – Да, у меня есть шланг. Сходи за ним, Дот. Ты знаешь, где он лежит.
Пока старуха ходила за шлангом, старик все рассматривал двигатель.
– Я не уверен, что просто бензин кончился. Эти чертовы новые моторы – поди в них разбери, что сломалось.
Когда Дот вернулась, неся резиновый шланг и металлическую канистру на два галлона, он и Чарли пошли к «линкольну», и Чарли открыл бак.
– Вам помочь?
– Я и сам справлюсь. Спасибо.
Он сунул шланг в бак и стал наполнять канистру бензином, а Чарли вернулся обратно.
– Не сердитесь на Гюнтера, – сказала ему Дот. – Он считает, что все Рождество пошло насмарку, и очень расстраивается.
– Понятно. А куда вы едете?
– Черт знает куда! Он хочет свернуть на какую-то дорогу к западу, чтобы сэкономить время. Но что в этом толку, когда все равно стоишь на месте без бензина?
– Верно.
– Пусть мой первый муж был горазд выпить и приврать, но до такого не доходило. Я дипломированная медсестра, я всегда ответственно относилась к своим обязанностям и никогда не опаздывала, но этот, – она презрительным жестом указала на Гюнтера, наполняющего канистру, – в жизни не встречала более никчемного мужика. На кой ему понадобился этот фургон? Мы и так еле концы с концами сводим. И дернул же меня черт выйти за него замуж!
Гюнтер поднял голову и прищурился:
– Что ты сказала?
– Я сказала, что ты говнюк и глупый старый осел.
Старик фыркнул и продолжал сливать бензин.
– Извините, что не приглашаю вас в фургон погреться – у нас там беспорядок. К тому же он уже заканчивает.
– Ничего страшного. Как ваша машина ведет себя в гололед?
– Ужасно. По крайней мере, когда за рулем Гюнтер. У вас порез на шее, вы знаете?
Чарли потрогал место, где отметился филейный нож Ренаты. Порез уже подсох, но на пальцах все-таки осталось немного свежей крови.
– Порезался, когда брился.
Гюнтер наполнил канистру и пошел перелить бензин в свой бак.
– Этого нам не хватит, – заметила Дот, – надо возвращаться на заправку.
– Гюнтер, – крикнул Чарли, – отлейте еще канистру, если нужно.
– Большое спасибо, – ответил Гюнтер и снова направился к «линкольну» с пустой канистрой в руках.
– Вы очень добры, мистер, – Дот поежилась, – прямо не знаю, что на нас нашло, что мы пустились в дорогу ни свет ни заря в Рождество.
Сзади на шоссе появилась машина. Когда она приблизилась, Чарли едва не сразил приступ медвежьей болезни – это была патрульная машина, которая замедляла ход.
– Что у вас случилось? – спросил коп, опуская стекло.
– Уже все в порядке, офицер. Вот этот молодой джентльмен поделился с нами бензином.
– А тут разве не дизельное топливо?
– Нет, эта модель ездит на бензине. Дизельное топливо днем с огнем не сыщешь.
Коп на пассажирском сиденье посмотрел на Гюнтера, держащего шланг в зубах, кивнул и дал отмашку своим товарищам, показывая, что все в порядке и можно уезжать.
– Ну хорошо, веселого вам Рождества.
Чарли и Дот заулыбались, кивая, и патрульная машина уехала.
Гюнтер перелил вторую канистру в бак своего кемпера и полез за руль. Когда он включил двигатель, тот чихнул, застучал и заглох.
– Видела? А я что говорил? Бензин тут ни при чем.
– Почему ты такой тупой? Плесни немного в карбюратор.
Гюнтер вылез, повозился, открывая карбюратор, и вылил туда остатки бензина из канистры.
– И этот тип служил в полиции, – сказала Дот, обращаясь к Чарли, – представляете? Он ведь хуже младенца!
Гюнтер снова забрался в кабину и включил зажигание. На этот раз двигатель завелся и ровно заработал с первого оборота. Старик недоверчиво смотрел на капот, будто ждал, что машина вот-вот заглохнет.
– Заработало! – наконец признал он.
– Поздравляю.
– Пусть сначала немного прогреется.
– Примерно через милю будет разворот, – сказал Чарли, – он вам пригодится.
– Большое спасибо еще раз.
Дот зашла с правой стороны и тоже села в кабину.
Чарли удовлетворенно наблюдал, как они там препираются. Он сделал что-то важное, помог людям и теперь может двигаться дальше. Но по пути к своей машине он задержался, почувствовав, что нужно в туалет. Поскольку делать лишнюю остановку ему не хотелось ввиду потраченного времени, Чарли обогнул кемпер сзади и направился в придорожную лесополосу.
За деревьями простиралось поле, вдали виднелась крыша дома и амбар. Чарли отлил на ствол дерева, глядя, как парит холодная темная кора. Теперь, когда он обрел свободу, все вокруг изменилось. Острые запахи мочи, мокрой коры и древесного дыма кружили голову. Застегнув ширинку, он повернулся и увидел, что из трубы на крыше фермы валит дым. На обратном пути, проходя мимо кемпера, он заинтересовался надписью, напечатанной сзади большими готическими буквами:
«Не важно, куда ты едешь.
Важно, что ты делаешь и видишь по дороге.