Седоволосый так и не открыл глаз, когда я опустилась на лежак рядом с ним. Я украдкой взглянула в сторону костра. Говорить при посторонних не очень хотелось, тем более, было видно, что Рох уже весь превратился в слух. Каким-то неведомым образом Рыжебородый уловил мое смущение, хотя сам и головы в нашу сторону не повернул.
– Поднимайтесь, Ваше Высочество, – Эрдьяр и сам встал с земли одним плавным грациозным движением, абсолютно не сочетающимся с его комплекцией. – Нам не хватает дров.
– Как же не хватает? – Возмутился Рох и указал на внушительную кучу сухих деревяшек неподалеку. – Тут на всю ночь хватит!
– Поднимайтесь. Ваше. Высочество.
Эрдьяр был непреклонен, и блондину ничего не оставалось, кроме как подчиниться, и с раздраженно подрагивающими плечами поплестись в темноту вслед за Рыжебородым.
Айсар продолжал молча лежать. Шаги наших спутников вскоре затихли, и я решилась заговорить.
– Не делай так больше, – я почувствовала, как теплый сохр устроился рядом с моей спиной и улыбнулась против воли. – Даже для моей защиты. Даже если от этого будет зависеть моя жизнь. Хочешь сделать что-то, касающееся меня – обсуди это со мной. И… прости меня. Я даже не могу представить, как это страшно, знать, что у тебя за плечами целая жизнь и не помнить ее.
Он распахнул свои серые, как предгрозовое небо глаза, и внимательно на меня посмотрел.
– И ты прости, – он потянулся ко мне рукой, убирая с лица непослушную прядку волос. – Просто мне необходимо, чтобы ты выжила, понимаешь?
– Наверное, – я завороженно смотрела на его красивую ладонь с длинными правильными пальцами.
Айсайар грустно улыбнулся, потянул меня за руку, укладывая ближе к себе и придавливая меня своей рукой. Я не стала сопротивляться, так было явно теплее, а я успела изрядно замерзнуть, пока болтала с Грозой. Почувствовав, что я пытаюсь сбежать, сохр оперативно подвинулся ближе ко мне, подперев мой второй бок.
Кажется, не прошло и минуты, как седоволосый придвинулся еще ближе и засопел мне в ухо. Его дыхание шевелило мои волосы, и у меня никак не получалось отвернуться. Через несколько неудачных попыток я просто уставилась в небо, усыпанное неизвестными созвездиями. «В такой близости от Айсара я точно не усну», – подумала я печально, и почти сразу же провалилась в мир сновидений.
Мои опасения на счет бессонной ночи оказались напрасными. Несмотря на то, что ночевки под открытым небом не входят в число моих сильных сторон, а точнее, я вообще ни разу не ночевала на природе, спала я как младенец. С одной стороны меня грел Айсар, с другой делился своим теплом сохр. Я спала так крепко, что совсем не слышала, как вернулись Эрдьяр и Рох.
Мне снились серые глаза, затягивающие меня все глубже и глубже в пучину чего-то неизвестного и пугающего. Я сопротивлялась, казалось, если я поддамся, то потеряю себя, но серые глаза побеждали, раз за разом погружая меня в какие-то неизведанные дали.
Утром меня будили совершенно бессовестным образом – тормошили за плечи так, что меня сонную едва не укачало. Где-то рядом взволнованно порыкивал Гроза.
– Что такое? – Поинтересовалась я, пытаясь разлепить неподдающиеся моим усилиям веки. – Где пожар?
– Охотники! – Айсар оставил в покое мои плечи. – Поднимайся скорее!
Сон как ветром сдуло. Я вскочила с нагретого места, дурным взглядом оглядывая поляну, приютившую нас на ночь.
Солнце только собиралось подняться над горизонтом и осветить лес своими утренними лучами. Эрдьяр быстро и сноровисто запрягал коней, попутно запихивая в седельные сумки кое-какие из наших вещей. Рох неуклюже пытался забросать землей кострище, которое кто-то из моих спутников успел с утра разжечь. Или, может, поддерживали всю ночь?
Лежак из-под моей филейной части безжалостно выдернули, и я свалилась за голую, холодную землю. Пылая праведным гневом, я обернулась, чтобы посмотреть на подлеца, который так со мной поступил – Айсайар нагружал моими спальными принадлежностями выделенную мне лошадь.
– С чего вы вообще взяли, что где-то недалеко охотники? – Задала я логичный, по моему разумению, вопрос.
– Вряд-ли вон тот парень, с татуировкой охотника, просто так тут прогуливался, – Айсар кивнул в сторону зарослей неизвестного мне кустарника, и я увидела незамеченного ранее персонажа, ставшего причиной утреннего переполоха.
Под кустами аккуратненько лежал мужчина лет тридцати в темно-синем дорожном костюме и с тонким, уже практически не кровоточащим разрезом на горле от уха до уха.
Я шарахнулась от трупа как черт от ладана, попутно пытаясь заорать как можно громче, и у меня обязательно получилось бы, если бы теплая ладонь с длинными пальцами не закрыла мне рот. Одно дело, когда я увидела марта, который был убит злодеем, и совсем другое, когда разрез на шее – дело рук твоих же спутников! Несколько раз я дернулась, пытаясь вырваться, но это не принесло видимых результатов. Рох косился на меня, на удивление, с сочувствием, видимо, считая нас с ним жертвами двух маньяков-товарищей.
Меня отпустили, только когда я обрела способность изъясняться не только ором и конвульсивными движениями.
