Пришлось Виктору выходить из лодки и возвращаться в дом за документами.
«Возвращаться в дом перед важным и ответственным занятием – плохая примета», – подумал Виктор, но деваться ему было некуда, и он вынес все нужные бумаги и показал их Решетникову. Тот не спеша и основательно, словно стараясь запомнить каждую буковку, изучил документы и вернул их Малюкову.
– Вы вчера были на острове, – как бы между прочим сказал он и вопросительно посмотрел на Виктора.
– Да. А что, туда нельзя?
Решетников помолчал, словно обдумывая вопрос, но потом ответил:
– Лично вам, как ученому, – можно. Но только с условием, что вы будете отзваниваться Степану каждые четыре часа. Рядом граница, и вы сами понимаете, что безопасность – прежде всего.
– Чья безопасность? Моя? – решил пошутить Виктор, но Решетников его шутку не воспринял и посмотрел на него серьезным взглядом.
– Вернуться на берег вы должны не позднее четырех часов, – сказал он и, развернувшись, зашагал к снегоходу, который стоял неподалеку от оленьего загона.
– Строгий, – глядя ему вслед, заметил Виктор.
– Тут иначе никак, – ответил на это Степан и, сопровождаемый неизменной парочкой хасок – Лапой и Роем, – тоже направился к загону.
Виктор занес в дом документы и вернулся к лодке. Рядом с ней лежала на толстом боку Зося и вопросительно смотрела на Виктора. Неподалеку в воде мелькали ласты Беляша.
– Все, поехали, ребята, – улыбнулся тюленихе Виктор и похлопал ее по голове.
Через пять минут Виктор и думать забыл о Решетникове.
Берега острова Лапинсари были высокими и крутыми, и только в одном месте была небольшая расселина, вдававшаяся в глубь острова на несколько метров. В нее Виктор и заводил свою лодку, чтобы спрятать ее от ветров и течений. Вот и сегодня, кинув якорь, он для надежности еще и закрепил нос лодки веревкой, привязав ее к небольшому скалистому выступу, в котором явно проглядывалась кварцевая, отдающая желтизной, жилка. Она поблескивала на ярком солнце и казалась золотой. Но Виктору некогда было любоваться игрой света – его ждала работа, и эта работа ему нравилась.
К его удовольствию, Зося и Беляш сегодня были на редкость послушны и выполняли все, что от них требовал Виктор. К полудню он решил сделать перерыв и позволить животным просто поплавать и поохотиться. Сам он есть не стал, а, надев акваланг, опустился в холодные воды бухты. Под водой Виктор понаблюдал за охотой тюленей, немного поплавал с ними, но, когда животные решили оставить его и уплыли дальше в море, чтобы найти для себя вкусную еду, он решил вернуться и тоже поесть.
Едва он вынырнул из воды, как увидел, что в его лодке сидит человек в белом камуфляже и с автоматом на коленях и улыбается, глядя на него. Сначала Виктор удивился и подумал, откуда тот мог взяться на необитаемом острове, но потом вспомнил, что рядом – граница, и в лодку наверняка влез один из пограничников. Малюков оглянулся, чтобы посмотреть, где пограничник оставил свою моторку, на которой прибыл на остров, но не увидел ее и снова удивленно посмотрел на человека в белом.
– Давайте знакомиться, Виктор Евгеньевиш, – с легким акцентом сказал человек, обращаясь к Виктору и протягивая ему руку, чтобы помочь влезть в лодку.
Автоматически, все еще не понимая, что происходит, Малюков принял помощь от незнакомца и перелез через борт.
– Мы обязательно должны знакомиться? – не понял он. – Тем более что вы, как я понял, знаете, как меня зовут. Вас прислал Решетников? – отчего-то спросил он.
– Да, я вас ошен хорошо знаю. – Улыбка как приклеенная сидела на губах незнакомца. – Но я не знаю никакого Решет-никова… Хотя. Наверное, это тот самый военный погранишник, который шастенько навешает сторожа на туристической базе, куда вы вчера приехали.
– Я и сам только сегодня познакомился с ним, – не зная, что еще сказать незнакомцу на его слова, заметил Виктор. – Так кто вы?
– Меня зовут Асле Кнутсен, – представился человек и добавил: – Но мое имя вам все равно нишего не скашет.
– Вы норвежец? – удивился Виктор и наивно добавил: – Вот уж не знал, что в Пограничных войсках России могут служить норвежцы.
– Наверное, могут, – улыбнулся человек по имени Асле. – И с вашей стороны, и с нашей много саамов и представителей других коренных народностей Севера.
– И с вашей, и с нашей? – До Виктора стало доходить, что имел в виду человек, говоривший с акцентом. – Вы что же, с норвежской стороны сюда прибыли?
В голосе Виктора появилась озадаченность, но никак не тревога. Он знал, что если бы этот человек нарушил границу незаконно, то его, по идее, должны были отследить и поймать пограничники. А потому он должен был хотя бы волноваться на этот счет. Но человек сидел спокойно и ничуть не переживал, что сейчас к острову подкатят пограничные катера. Это и озадачивало Виктора – его спокойствие и неторопливость речи.
– Нет, лишно я приплыл на остров с этой стороны. И вполне, надо сказат, законным путем. – Асле продолжал спокойно сидеть и улыбаться, щурясь на солнце. – Но хошу вам сказат сразу. Чтобы уш быть шестным и открытым перед вами – я не один.
