Отправили группу, которая вывела Лютого из деревни и привела в отряд. Встретили его там действительно как героя, ведь один смог справиться с тремя полицаями. Командир отряда, бывший бригадир местного колхоза, Василий Моховиков, даже поселил его рядом с собой в землянке. Лютый быстро поправился и через неделю вызвался идти на боевое задание, минирование железной дороги. По дороге нарвались на немецкий мотоциклетный патруль, успели оторваться, но одного парня зацепило. Лютый вынес его на своей спине в лагерь. Никто не заметил, как во время стычки с немцами он воткнул свой нож в березу и оставил его там, унося раненого. Через три дня отряд был со всех сторон блокирован и уничтожен. Лютый с командиром отряда и двумя партизанами с боем вырвался из плотного кольца окружения и ушел. Через неделю они вышли в расположение партизанского отряда, действовавшего в Сычевском районе, и влились в его состав. Через полмесяца и этот отряд попал в плотное кольцо и выйти из него практически никто не смог. Лютый с ранением в грудь и руку был «взят в плен» и госпитализирован, как особо ценный агент на излечение отправлен в Германию.
В пригороде Берлина, где он залечивал раны, с ним встретился один из высокопоставленных офицеров СС. Он был в штатском, но безукоризненно сидевший дорогой костюм и выправка свидетельствовали о его высоком положении.
– Как здоровье, господин Лютый? – поздоровавшись, спросил он на чистом русском языке.
– Готов приступить к служебным обязанностям.
– Ну, ну, не торопитесь, раны еще не зажили, надо набраться сил. Мы по достоинству оценили ваши заслуги, вам присвоено первое офицерское звание, и, думаю, вы получите награду – именное оружие. Я изучал ваше личное дело. Оно мне показалось крайне интересным. К примеру, вы несколько раз упоминаете о так называемом Ванголе. Что вам известно об этом человеке?
Сырохватов был несколько удивлен вопросом. Да, он подробно давал показания о том, почему поехал в Москву, изложил свои догадки о Ванголе. Никто из абвера эту тему не поднимал, а тут на тебе…
Он еще раз рассказал все, что знал о Ванголе. Его сведения были почерпнуты из дневника Сергеева.
– Ну что же, господин Лютый. Мы еще увидимся.
По выздоровлении его забрал из госпиталя тот же офицер и отвез на отдых на одну из дач на Куршском заливе. Там Сырохватов узнал, что переведен в особую команду – батальон полка СС «Дирлевангер». Через неделю он уже был на боевой «работе» в Белоруссии, принимая участие в операции по ликвидации очага партизанского сопротивления. Затем его направили в Минск.
– Вот там место, где можно пришвартоваться, – показал Шедлеров на длинный пологий камень, лежащий у среза воды.
Через два часа экипаж хоронил своих товарищей. Могилу выкопали недалеко от берега в начале ущелья под одинокой скалой, похожей на острие трехгранного штыка русской винтовки. Почти все оставшиеся в живых имели легкие ранения, ушибы. Вангол обошел строй. Измученные усталостью и нехваткой кислорода лица, повязки, синяки и кровоподтеки… И только во взглядах светилась непоколебимая твердость.
– Скажи, командир! – Вангол подошел к Шедлерову.
– Хорошо. – Капитан-лейтенант вышел перед строем, снял фуражку. – Товарищи, сегодня мы прощаемся с нашим командиром, боевыми товарищами и друзьями, которые погибли, выполняя свой долг перед Родиной. Мы никогда их не забудем. Пусть эта земля примет их тела, а память о них останется с нами. Мы не будем им сегодня салютовать, наш салют в их честь прозвучит, когда мы найдем врага, укрывшегося на этой земле. Вот тогда и отомстим за вас, товарищи. Будьте уверены.
Из сорока шести членов экипажа лодки в живых осталось двадцать пять человек и группа Вангола.
Вангол встал рядом с Шедлеровым.
– Здесь, на берегу, согласно утвержденному плану операции, принимаю командование над нашим подразделением, состоящим теперь из разведгруппы и членов экипажа лодки, моим заместителем назначаю капитан-лейтенанта Шедлерова. Даю четыре часа на подготовку и отдых, экипажу выставить верхнюю вахту и часовых, продумайте где. Орудие должно быть готово к бою немедленно.
– Есть, – ответил Шедлеров и обратился к морякам: – Экипаж, слушай мою команду. Офицеры и старшинский состав, остаться, остальным разойтись по отсекам, готовить отсеки для осмотра.
Шедлеров повел офицеров и старшин осматривать берег.
Вангол собрал свою группу.
– Вот так, этого варианта никто предвидеть не мог. У кого какие предложения, друзья, прошу высказываться. Володя Арефьев, хочешь сказать? Говори, тебе слово.
– Вангол, какие тут могут быть предложения. Надо формировать из всех отряд и искать фашистов. Найдем их базу и атакуем, что тут еще можно придумать.
Степан Макушев ухмыльнулся:
– В принципе, конечно, так, я согласен, только как искать, где искать, какими силами атаковать? Насколько мне известно, Антарктида – огромный материк, сотни, тысячи квадратных километров. Вангол, нужна тщательная разведка.
