Стены в тустепе ломалисьна трина четверть тона ломались,на сто…Я, стариком,на каком-то Монмартрелезу –– стотысячный случай –на стол.Давно посетителям осточертелоЗнают заранеевсе как по нотам:Буду звать– (новое дело!)куда-то иттиспасать кого-то.В извинение пьяной нагрузкихозяин гостям объясняет:русский!Женщины –мяса и тряпок вязанки –смеютсястащить стараютсяза ноги:Не пойдем.Дудки.Мы – проститутки.Быть Сены полосе б Невой!Грядущих лет брызгойхожу по мгле по Сеновой –всей нынчести изгой.Саженныйобсмеянныйсаженныйбитыйв бульварахору через каски военщины:Под красное знамя!Шагайте!По быту!Сквозь мозг мужчины!Сквозь сердце женщины!Сегоднягналив особенном раже.Ну и жара же!
Полусмерть.
Надо –немного обветрить лобПойдупойду куда не вело б.Внизу свистят сержанты трельщикиТелос панелиуносят метельщикиРассвет,подымаясь сенскою сенью,синематографской серой тенью.Вот!Гимназистом смотрел их –с парты –мелькают сбоку Франции карты.Воспоминаний последним токомтащился прощатьсяк странам Востока.
Случайная станция.
С разлету рванулся –и стали на мель.Лохмотья мои зацепились штанамиОщупал –скользко –луковка точно.Большое очень.Испозолочено.Под луковкойколоколов завыванье.Вечер зубцы стенные выкаймил.На Иване яВеликом.Вышки кремлевские пиками.Московские окнавидятся еле.ВеселоЕлками зарождествели.В ущелья кремлевы волна ударялато песнято звона рождественский вал,С семи холмовнизвергаясь Дарьяломбросала ТерекомпраздникМосква.Вздымается волос.Лягушкою тужусь.Боюсь –оступлюсь на одну только пядьи этотстарыйрождественский ужасменяпо Мясницкой закружит опять.
