– Ну, а если вам интересно, как провел день я, то я провел его с пользой для нас всех! – сказал Люциус после некоторого времени молчания. – Вы, несчастные, даже представить не можете, где я устроил вам венчание!
– Но…
Мы с Арландом переглянулись, словно желая удостовериться, что то, что мы скажем, устраивает нас обоих.
– Мы хотели просто посидеть дома, – сказала я. – Сходим к священнику, Лео испечет торт, я надену что-нибудь белое, пригласим Люську…
– Просто посидеть дома!? Это свадьба инквизитора и дикой ведьмы! Я хочу смотреть на лица людей, когда они увидят, что вы выдумали! Ха-ха-ха, это будет насмешка века!…
– И где ты все устроил? – спросил Леопольд.
– В церкви на главной площади, конечно! – воскликнул колдун. – Ее поставили вместо старого храма леннайев, это очень особенное место. И прихожан там намного больше, чем везде…
– Но я уже нашел священника, который согласился провести обряд, – заметил Арланд.
– Мой тоже не откажется, уж поверь, – расплылся в улыбке чародей. Судя по тому, как кривились уголки его губ, нас с Арландом ждал какой-то сюрприз.
– Там красиво, – сказал Леопольд. Разговор о предстоящем торжестве заставил его забыть о Шарлотте. – Поверить не могу, что вы решились на это! Жить вдвоем до самой смерти, терпя все недостатки друг друга, что бы ни случилось… Не знаю, решусь ли я сам на такое когда-нибудь.
Меня от его слов передернуло, но я не подала виду. Арланд только улыбнулся еще шире.
– Когда-нибудь обязательно решишься! – сказал он брату, приобняв меня за плечи. – Просто ты еще не встретил подходящую девушку.
– Наверное, я женюсь только на нелюди, – заметил оборотень, задумавшись. – Я ведь очень похож на леннайя, наверное, тогда моих детей даже не станут называть полукровками.
– Брось, Леопольд, женитьба – это страшная глупость, – фыркнул Люциус. – Я вот живу уже почти восемьдесят лет, и ни разу не пожалел о том, что не обременил себя женщиной!
После его слов мы не выдержали и засмеялись: последние месяцы колдун вел себя, как влюбленная девочка, сходя с ума по женской копии самого себя.
Мы поужинали, а потом разошлись по комнатам.
Когда мы с Арландом оказались вдвоем, я попросила его рассказать мне о том, что он ищет в подземельях. По его лицу я видела, что что-то было не так.
– Бэйр, я не хотел бы, чтобы ты в это лезла, – ответил он, устало разматывая серебряную цепь перед тем, как положить ее на алтарь.
– Но ведь ты сам сказал, что ищешь мага, который что-то вынюхивал про меня, – сказала я, наблюдая за его вечерними ритуалами. – Теперь ты просто не можешь отмалчиваться!
– Я знаю только, что это темный, который давно сидит на рынке. У него огромная власть над мэром, его руками колдун творит все, что вздумается. Хотя бы это проклятое вино! Вселения происходили из-за Черного Хвоста, который подмешивали в эту подслащенную воду, чтобы придать ей вкуса вина. Ни в одном городе не разрешили бы продавать эту дрянь. Еда, вещи, – все, что поставляется жителям, – опасная дешевка, кое-как состряпанная на рынке. Это дело рук Короля Подземелий, так его начали называть недавно. Каждый пятый торговец работает на него, но никто не знает, кто он такой. А сейчас что-то происходит внизу, все как с ума посходили: лавки тают с каждым днем…
– Может, уедем? – вдруг предложила я. Эти слова удивили даже меня саму, но, подумав, я поняла, что это не самое плохое предложение. – Леопольду тут делать больше нечего, Люциус и без нас справится. Поедем обратно в Тангей после того, как разберемся со священником?
– И оставить город на растерзание темных? – спросил Арланд, задумчиво смотря в окно. – Нет уж. Эта сеть работает только из-за одного единственного человека. Найду его, сдам суду, и тогда все рухнет.
– Арланд, найдутся и без тебя герои, – проговорила я, серьезно смотря на инквизитора. – Ты хоть понимаешь, насколько опасен может быть человек, который организовал все это? Неужели ты думаешь, что он позволит тебе найти себя? А ведь на тебя даже глубоко копать не надо, достаточно просто присмотреться внимательнее!… Куда делась твоя хваленая паранойя теперь, когда ей самое время появится!?
Арланд раздраженно тряхнул головой.
– Тебе этого не понять! Ты всегда все делаешь только ради себя, тебе все равно на других, – он заговорил с неожиданной резкостью – Пойми, люди вокруг, почти все они, – они же слабее котят! Это ты можешь подорвать врагов огненным шаром или купить еду за деньги из бесконечного кошеля, а они не могут. Каждый день их обманывают, травят, и они ничего не могут сделать: им нечем сопротивляться. И ты предлагаешь мне уехать! Просто оставить все, как есть!
Раздраженно взмахнув руками, он принялся ходить по комнате.
– Да предлагаю! – воскликнула я. – Потому что я даже думать боюсь о том, сколько раз за эти месяцы ты мог просто не вернуться домой, а я бы даже не знала, где тебя искать! Признавайся, ведь было же что-то!? Откуда появились эти проклятые лекарки у нас в доме!? Что ты делал в больнице?
По его лицу я поняла, что.
