– Ваше величество, мы не испытываем к вам ненависти. – Уна огляделась, будто внезапно что-то почувствовала, но не смогла увидеть. Гланнис тоже огляделась, но, похоже, ни одна из них не видела Шеймуса. Шеймус показывался только своему брату.
Торин не стал тратить на них время. Не существовало объяснений, которые могли бы иметь смысл, но он наткнулся на что-то важное. Ему вспомнились слова брата. Шеймус перестал ухмыляться.
Шеймус злился на него за потерю трона и жены. Он часто говорил о Беке и Киане. И никогда, ни разу не упомянул Бронвин. Торин думал, что это потому, что от брака дочери не было бы никакой пользы королевству. Шеймус не обращал внимания на девочку, разве что иногда брал ее на руки и кружил. Он гладил ее по голове и называл маленькой феей. Она была не особо важна.
Или же нет? Его брат изменился после своей смерти. Теперь он чертовски любил всех. Всех, кроме своей маленькой феи.
– Она жива. – Это было единственным объяснением. Каким-то образом эта дурочка выжила и подменила тело, чтобы его приняли за ее собственное. Возможно, именно поэтому она устроила пожар.
Шеймус покачал головой, но он и при жизни не был лжецом, и его превращение в слуага не решило проблему.
Торин взревел, и этот рев слился с воплем
– Найдите Бронвин Финн!
Шим уставился на океан. Искушение ухватиться за невидимую нить, связывавшую его с Бронвин, было почти непреодолимым. Именно здесь эта нить всегда была самой прочной, на пляже. Теперь Шим понимал почему. Здесь в завесе была трещина, через которую они вскоре проскользнут в Тир-на-Ног.
Прошлой ночью он был так близко к ней. Они с Локом привлекли ее к себе, привели в покои, которые однажды будут принадлежать им, и раздели догола. Бронвин была так прекрасна, ее кожа в лунном свете казалась почти перламутровой. Сначала она оставалась в ярком дневном свете, в своих владениях. В те моменты, когда она поднимала лицо к солнцу, она казалась богиней, далекой и недосягаемой, истинным воплощением чистой Благой красоты. Но как только братья заполучили ее в свои владения, она стала выглядеть совершенно сексуальной и такой желанной, что эрекция Шима до сих пор ныла в агонии спустя несколько часов.
– Как думаешь, она проснулась? – спросил Лок, присоединяясь к нему. Лок уже переоделся в обычную походную одежду и поношенные ботинки. Ничто не выдаст их принадлежность к королевской семье. Здесь, в королевстве Неблагих, это не сработало бы, но, как только они доберутся до Благого мира, братья надеялись слиться с толпой. Если кто-нибудь спросит, они представятся торговцами, направляющимися в сельскохозяйственные провинции. Это объяснит и присутствие стражи. Купцы имели больше прав, чем простолюдины, но были куда менее интересны, чем дворяне.
Хотя сам факт того, что они путешествовали с группой вампиров-наемников, гномом, который считал себя следующим пришествием Луга[6], и молодой женщиной, которая могла превращаться в волка, мог им помешать.
Шим вздохнул. Сон, который приснился прошлой ночью, был самым ярким со времен их детства. Было больно, когда Брон вдруг исчезла.
– Наверное, да.
– Ты же не думаешь, что она сама прервала связь? – спросил Лок с отсутствующим выражением лица, но это не подействовало на человека, который владел второй половиной его души.
Более рассудительной половиной.
– Нет. Она была на грани сильнейшего оргазма, Лок, так что нет, вряд ли решила нас прервать. Бронвин проснулась. Такое случается. К тому же, насколько я могу судить, она еще не научилась нас отключать.
Шим отвернулся. Они шли с самого рассвета, слоняясь взад и вперед по пляжу, в поисках того, что наемник Уильям Роан называл слабым местом. Время от времени он останавливался, снимал показания с планшета и двигался дальше. Наконец они остановились здесь. И стали ждать.
Лок пожал плечами, будто это не имело особого значения.
– Интересно, не догадалась ли она о чем-нибудь.
Шим вздохнул и посмотрел на своего брата. Хотя они всю жизнь знали, что эта единственная женщина предназначена им, он был уверен, что для Локлана все происходило очень быстро.
– Прошлой ночью я лучше владел собой. Ты это почувствовал?
Лок кивнул.
– Было такое, хотя у вас более сильная связь.
И это было предметом их разногласий.
– Только потому, что я держал нить, когда она умерла. Это связывало нас. Это не значит, что она будет любить тебя меньше. Думаю, нужно попытаться найти способ сказать Брон об этом и показать ей твое настоящее лицо.
В снах лицо Лока всегда было идеальным, без шрамов реальности.
Неповрежденная часть головы Лока покраснела.
– Сказал мужчина с идеальным лицом.
– Проклятье, она тебя не отвергнет!
