Зигрид не стал тратить время на мелкие пуговицы моего платья. Он достал из-за ремня нож и распорол ворот, освобождая мою грудь. Было неловко оказаться голой перед мужчиной. Я его совсем не знала и не понимала, как можно к нему прикасаться. Каким он будет со мной?.. Зигрид раздел меня донага, вытащил из юбок и нижних рубашек, чулков.
— Зиг!.. — воскликнула я, ощутив неведомую сладость от касания его пальцев и дрожь. Вцепилась в его руку.
— Тебе понравится, не бойся, — хрипло шепнул он, целуя меня в ухо. Зигрид продолжил поглаживать меня, вызывая самые низменные позывы. — Моя пугливая невеста…
Я доверилась. Кажется, ничего страшного и болезненного не происходит. Хотела верить, что так же приятно будет и дальше. Лицо начало гореть. Я громко дышала, срываясь на робкие стоны. Боги, как стыдно. Пальцы не переставали умоляюще хвататься за предплечья Зигрида. Он не останавливался, нет. И кажется, никогда не прекратит эту пытку.
На пару долгих мгновений стало так хорошо, что я выгнулась, цепляясь за рубашку на спине мужа, и вскрикнула даже слишком громко. Потом не могла отдышаться. Распущенные волосы упали на лицо и липли к вспотевшей груди. Зигрид осторожно целовал мою щёку. Мозолистая ладонь поглаживала мои ноги.
— Моя пугливая невеста осмелела? — прохрипел он.
Я кивнула. Страха и правда не было. Любопытно, что же дальше? Даже такой затворнице, как я, хватало ума понять, что это далеко не конец. Зигрид взял мои руки и положил себе на живот.
— Раздень меня. Я весь твой, сокровище.
Боги, ненавидеть его стало труднее.
Злость, обида за причинённый вред стали далёкими, будто не моими заботами и уж точно не заботами Зигрида. Я села и потянулась, чтобы снять рубашку с широких плеч. Волосы на его груди тоже оказались рыжими. Я погладила его, рассматривая старые шрамы и чёрные, выбитые под кожей рисунки.
Никогда не видела ничего подобного. Лишь слышала, что варвары украшают тела чёрной краской, навсегда. Как клеймо. У нас похожие клейма ставили преступникам, и всё же не такие искусные и красивые.
— Что, нравится? — подловил Зигрид, пока я потрясённо таращилась на его разукрашенное тело. — Потрогай, смелее.
Я не рискнула поднимать глаза на его лицо, но охотно потянулась к мускулам на его животе и потрогала рисунки. Боги, что же это делается со мной!.. Разве так себя ведут целомудренные жёны великих князей? В романах они были так скромны, что соглашались на любовь лишь под одеялом и в кромешной тьме. Я себя чувствовала настоящим животным, лапая загорелое тело своего князя при ярком пылании очага.
Он положил меня на подушки и перевернул на живот. Я прижалась грудью к тёплым, пушистым мехам, и чуть приподнялась на локтях, ожидая… чего-то. Сердце колотилось, как бешеное. Ладошки вспотели. Ожидание казалось слишком томительным.
— Ах!.. — я схватилась за шкуры на постели. Зигрид придавил меня сзади. Брызнули слёзы, я зажмурилась. — Зиг!..
— Моё сокровище, не плачь. Это жертва богам, они дадут нам сильных сыновей, — Зигрид обхватил мою шею и прижался к затылку лицом. Вдохнул запах моих волос. — Моя весна. Моя Катерина… р-р… Катер-рина…
Я задрожала от рычащего звука моего имени. Вцепилась в его руку, сжимающую мою шею. Задушит! Кровь ударила в голову. Я рвано глотала ртом воздух. Хрипела, постанывала, пищала. Зигрид был очень сильным и мог запросто переломать мне все кости этой же порочной ночью. Причинял боль, но не убивал.
Зигрид выпустил мою шею и потянул за волосы, заставляя прижаться лицом к постели. Оставил мокрый поцелуй на шее. Я уже не ощущала своих бёдер. Резкие, грубые толчки заставляли громко вскрикивать и подрагивать.
Он застонал и остановился. Я лежала неподвижно, вдыхая спасительный воздух, и ждала. Горячее тело сверху обжигало кожу.
Мы оба были мокрые и дышали часто, сипло. Зигрид наклонился, опалив дыханием мою щёку, и поцеловал. Я зажмурилась. Чувствовала себя настолько измождённой и замученной, что больше не хотела ничего, кроме сна.
— Отдыхай, моя золотая птица, — выдохнул Зигрид и поднялся.
Без него сразу стало холодно. Я была совсем обмякшей и слабой. Повернулась на бок, подтягивая ноги к груди, и увидела, что он отошёл к столу выпить. Там стоял кувшин и пара кубков. Рядом лежали какие-то свёртки бумаги, угольки и подсвечник. Нагота Зигрида уже не смутила. Я была слишком уставшей для смущения.
Я рассматривала жилистую спину со шрамами, тоже покрытую рисунками. Он был стройным и казался мне невероятно сильным, как настоящий горный лев.
Да, пред таким князем точно может склониться целый мир… Жаль только, я не доживу до его истинного величия. Он отпихнёт меня со своего пути раньше, как пожухлую былинку.
Зигрид выпил вина и вернулся. Я почему-то думала, что после первого раза он сразу оставит меня и уйдёт… или отошлёт обратно в повозку. Князь опустился на постель около меня и погладил мою спину. Странная ухмылка бродила по его губам.
— Что? — спросила я, устав ждать. Мне было неловко засыпать под его пристальным взглядом. Как-то даже невежливо.
— Я думал, ты будешь драться или выцарапаешь мне глаза, — признался Зигрид и хмыкнул.