— Тогда побежали скорее туда. Надо привести их в порядок и показать князю!
— Но госпожа, может, стоит дать ему отдохнуть с дороги?
Да, наверное, он злой и уставший, может, ранен или болен. Но я хотела показать ему детей сейчас, чтобы не утаивать от него ничего. Не мучить себя ещё больше. Сил уже нет. Потому я покачала головой и направилась в княжеские покои. Беатрис побежала в кухню, чтобы принести детям какое-то угощение.
Одд и Скегги выглядели прилично, к моему удивлению. Я лишь расчесала их гребнем. Скегги пытался брыкаться.
— Ну-ка, стой смирно! Приехал князь! Он должен увидеть, что вы порядочные мальчики, — отругала я. Но Скегги всё равно взъерошил волосы мне назло. Я выдохнула, борясь с закипающим гневом.
Ладно. Пусть так, — бросила гребень на стол.
— Идём, — взяла мальчишек за руки и повела в зал.
Там было пусто. Я усадила их на лавку и дала чашу с вареньем и хлеб, чтобы занять их. Велела вести себя прилично. Потом поспешила к дверям. Беатрис уже где-то скрылась. Наверное, побежала встречать Йоргена. Я немного боялась встречаться с мужем, хотя давно ждала его и успела истосковаться. Боялась за детей. Ясное дело, что разборок не избежать. Крутила в голове слова, которые скажу ему, и сминала потные пальчики.
— Так, ладно, я справлюсь, — бормотала под нос, пока шла по коридору. — Я справлюсь…
Неожиданно он вырос передо мной спустя очередной поворот. Я чуть не влетела в его грудь. Зиг не переменился за время нашей разлуки, только выглядел уставшим. Пришёл на своих двоих, что не могло не радовать. Я замерла перед ним, оробев. Мой муж показался мне таким суровым в то мгновение, что я подумала: боги, и как же мне хватало смелости шутить с ним?..
— С чем справишься? — спросил он недоумевающе.
— Зиг! — я запрыгнула на него и обняла за шею. Всё стало неважно. Он жив, и хвала богам. Обняла его крепче и прижалась. Забылась на долгие мгновения. Зиг подхватил меня за бёдра и обнял в ответ.
— Я скучал по тебе, моя драгоценность, — тихо сказал князь около моего уха. И поцеловал в щёку. — Забыл, какая ты у меня маленькая, моя весна. Лёгкая, как пушинка.
Но мгновения счастья продлились недолго. Я вспомнила про детей. Спрыгнула на пол. Быстро вытерлась рукавом и тревожно потеребила подол. Стыдно-то как… мне очень влетит. Но чего теперь трястись? Дело сделано. Надо отвечать за свои поступки.
— Зиг, тут такое дело, — робко начала я. — Ты только не ругайся…
— О, боги, Катерина, что ещё ты вытворила? — усмехнулся мой лев. Мы пошли по коридору. Я заметила, что он ведёт меня в покои. Схватила его руку. Зиг взглянул на мою ладошку, сжимающую его запястье, потом поднял глаза на моё лицо и нахмурился. — Так, Катерина, что стряслось? Говори, это приказ.
Я укусила губу.
— Идём, они ждут в зале.
— Они? Кого ещё ты притащила? Очередного раба? Хотя, погоди, ты сказала «они»… двух рабов? Или сразу отряд?
Да он издевается. Я молчала. Пусть увидит, потом стану оправдываться. Повела мужа в зал, держа за руку. Зиг горячо дышал мне в макушку. Но шёл, покорный. Ближе к залу послышался смех моих мальчиков. Потом что-то зазвенело. Я испугалась, что что-то случилось, бросила Зига и вбежала в зал.
Разбилась глиняная чаша. Упала со стола. Скегги и Одд сидели на полу, все в смородиновом варенье, но довольные наминали хлебные лепёшки. Рубашки покрывали следы их ладошек. Пол был грязный от липкого варенья.
— Это что такое?! — воскликнула я. Больше испугалась, что они порежутся об осколки, чем за посудину. Боги с ней, невелика потеря. — Вы чего тут устроили? Я же сказала вести себя хорошо!
Одд поднялся первый. Его худое личико вытянулось, он глядел мне за спину. Подёргал братишку за рукав рубашки. Тот тоже нехотя поднялся, но варенье интересовало его больше князя. Спиной ощутила злость моего мужа. Меня будто чёрная туча накрыла…
— Так, — заговорил он.
Ой-ёй, кажется, мне конец.
Но я не шелохнулась. Зиг прошёл мимо меня, поскрипывая кожаными сапогами. Оглядел сорванцов. Холодно, оценивающе. Обошёл кругом, как настоящий горный лев. Дети таращились на него. Скегги мял грязными ручонками подол рубашки. Одд вздёрнул нос и громко сопел. Князь прошёл к помосту в мёртвой тишине и опустился на нижнюю ступеньку. Поманил мальчиков пальцем.
— Идите, — шепнула я и подтолкнула детей в спинки. Вознесла короткую молитву богам, чтобы всё прошло гладко.
Они, робкие, подошли. Встали перед моим мужем. Мне было жутко стыдно за них. Не представляю, что делалось в буйной голове князя. Сама подошла ближе и встала рядом, будто и меня сейчас отчитывать станут.
— Кланяться будете? — глухо спросил князь, изучая детские лица единственным глазом.
Мальчики поклонились, нелепо и неумело.
— Другое дело, — тем не менее, одобрительно кивнул Зиг. Я чуть выдохнула. Вроде, он не злится… — Знаете, кто я?
— Кто? — спросил Скегги, хлопая голубыми глазёнками. — Страшный дядя? У тебя такой крутой шрам!
Он потянулся потрогать раненый глаз Зига. Тот поморщился и увернулся от измазанной вареньем ладошки. Одд тихо взвыл:
— Глупый, это князь! — шикнул он на брата и схватил за рукав. Зиг взглянул на него.