Послышались шаги. Я громко всхлипнула и стала вытирать слёзы, но помогло мало. Обида и тоска ещё были слишком сильны. Реветь до утра буду, не меньше. Это был Зиг. Наверное, мы разбудили его воплями. Он молча подошёл ко мне и сел так же на пол, поставил локти на согнутые колени. Взглянул на меня.
— Расскажешь, что случилось? — негромко спросил он. Я хлюпнула носом и укусила губу. На языке было солено.
— Мы поссорились, — выдавила я жалко. Крепче стиснула коленки.
— Слышал. Весь дом на ушах стоял. Почему?
Я стала рассказывать ему про наш разговор. Зиг, к моему удивлению, выслушал меня спокойно и не перебивал. Будто ему правда было не плевать. Не знала, что он может быть таким. Я прониклась к нему доверием, была рада, что он у меня есть. Прижалась щекой к его жёсткому плечу, ещё всхлипывая. Глаза болели и опухли от слёз. Наверное, я была жуткая уродина в то мгновение, но Зигу было плевать. Князь положил щёку мне на макушку.
— Она просто завидует, вот и всё.
— Завидует? Чему? Мы столько натерпелись!..
— Со стороны-то не видно. Ты такая счастливая на пирах, красивая, в дорогих платьях. Трис так вообще, сияет, как начищенная монета. Вот и кажется, что вас сами боги устроили. А Лейла твоя тоже хочет быть богатой.
Его слова показались мне мудрыми. Вспомнила, что мой муж старше меня чуть не вдвое. Обычно не замечала этого. Я спросила:
— А ты когда-нибудь ссорился с Йоргеном?
— С этим сукиным сыном? — Зиг фыркнул, ухмыльнувшись. — Постоянно. Мы дрались, один раз даже жестоко. Видела шрам у него на груди? Это я оставил. Тогда за дело было, давно. Но я знаю, что если прижмёт, Йорген сдохнет, а меня прикроет. Не кори себя, Китти, ты правильно сделала, что выставила её. Твоя подружка зарвалась, я одобряю твоё решение. Подожди, если придёт извиняться, то, значит, уразумела урок. Дружба наладится… если это настоящая дружба, конечно. А если нет, то к лучшему. Значит, не нужна тебе такая подруга.
Я обняла его плечо в знак благодарности. Меня окутало теплом. Впервые Зиг виделся мне не просто большим и страшным мужем, с которым без ругани можно только заниматься любовью, но и другом. Другом, которого мне сейчас очень не хватало.
— Спасибо, Зиг, — искренне сказала я, — люблю тебя.
Он поцеловал мою макушку.
— И я тебя, моё сокровище. Рад, что ты больше не плачешь.
Зиг поднялся и протянул мне руку. Я взялась, он помог мне подняться.
— Давай уедем отсюда? — предложил он вдруг. — Ты вроде хотела прокатиться в седле, могу устроить.
Я ошарашенно взглянула на него. Схватила за руки.
— Конечно, хочу!
Солнца в тот день не было. Небо казалось тяжёлым, до того тёмное и серое, почти угольное. Наверное, пойдёт снег. Пока что главным солнцем была я. Улыбалась во все зубы, хотя и боялась рухнуть с коня. Зиг велел запрячь своего коня Ульва. Потом посадил меня в седло. Было дико, непривычно, страшно. Но так здорово! Я впервые ехала в седле. И даже отшлёпанный зад, ещё ноющий болью, не испортил моего восторга.
— Смотри, видишь следы? — Зиг, сидящий позади меня, указал пальцем на снег. Я закивала. Хваталась за седло и жалась к тёплой груди князя. — Это волки. Одна не выходи, поняла? Сейчас у них голодное время.
Мурашки побежали по телу. Я обернулась и опасливо оглядела голые кусты и чёрные стволы деревьев. Но было тихо. Только три пса бегали вокруг нас. Теперь я поняла, почему Зиг взял с собой волкодавов…
— Бернар про тебя спрашивал, — заговорил Зиг. Мы ехали куда-то по сугробам. Ульв дышал клубами пара. Шёл легко, хотя на его спине было целых два седока. Я погладила чёрно-белую шубу коня.
— Как он? — сердце заболело. Я очень скучала по отцу.
— Да ничего, бодрится. Согласился идти со мной на восток. Обрадовался, когда я сказал, что ты тоже будешь с нами. Ждёт тебя с нетерпением.
Глаза кольнуло слезами. Я быстро вытерлась запястьем. Пальчики уже озябли, но я боялась лазить по карманам в поисках рукавиц, сорвусь ещё! Зиг, конечно, придерживал меня, оплетая руками мою талию, но всё равно было не по себе.
— А ещё я говорил с кочевниками.
Зиг помолчал немного. Я тоже молчала, ожидая, что он сам расскажет. Мы приближались к замёрзшему озеру. Вокруг стоял молчаливый лес. Позади темнели далёкие стены крепости. За ними высились покрытые хвойным лесом горы в белой шубе из снега. Было красиво. Я радовалась, что выбралась из усадьбы в такой чудный день. Устала сидеть в четырёх стенах, а теперь забылась.
— Я договорился с их князем, чтобы они тоже пошли с нами на восток, — проговорил Зиг. — Встречался с ними раньше, воевал даже. У них есть главное преимущество — конница. Кони быстрые, что стрелы. Знала, что кочевники живут в седле? И стреляют из луков на полном ходу.
Я поёжилась. Вспомнила свист кочевников, столбы пыли от копыт их коней, стрелы, торчащие в срубных стенах моей родной крепости.
— Мой брат погиб, когда сражался с ними, — решилась рассказать я. — Я была ребёнком, а Даниэль уже выезжал с воинами в бой. Стрела пробила ему грудь.