— Мне жалко, что ты отдашь их в рабыни своим людям, — честно сказала я. Была слишком убита горем, чтобы бояться его гнева. Не станет же он ругаться со мной при стольких людях?
— И что ты хочешь от меня?
Он дёрнул желваками. Злится, мой лев.
— Что если сделать их жёнами твоих воинов? Среди твоих людей много холостяков. Жена это почётнее, чем рабыня. Разве твои наложницы не заслужили твоей благодарности?
Зиг задумался. Колкий взгляд глядел в зал. Он выпил из рога. Вернулся Бьёрн и подал мне серебряный кубок, наполненный вином почти до краёв. Я улыбнулась.
— Спасибо, Бьёрн, — искренне поблагодарила я. Мальчишка залился краской до ушей. Он бросил быстрый взгляд и снова уронил глаза в пол. Низко поклонился.
— Хранят тебя боги, красивая госпожа, — прогудел его ломающийся голос.
— Все? Пошёл вон! — заревновал Зиг.
Бьёрн закивал. Он спешно скрылся в зале. Я хмыкнула. Мой муж такой мальчишка. Неужели и правда думает, что я сгорю, если другие мужчины поглядят на меня? Глупый. Я прижалась головой к его плечу, где натянулась на тугие мышцы алая рубашка. Зиг недоверчиво взглянул на меня сверху.
— Сдаётся мне, князь здесь уже не я, — проворчал он.
— Почему же? Ты князь, любимый. Что мне оставалось делать, пока тебя нет? Я и поступала, как считала нужным. Ты волен решать, что делать с твоими людьми, воинами и рабынями. Я просто твоя раба.
— Ой, заткнись, Катерина, и не лей мёд мне в уши. Я уже понял, что ты делаешь из меня своего пса.
Я фыркнула и погладила его руку через рукав рубашки. Потом нахмурилась и забеспокоилась.
— Ты бы не пил сегодня, мой лев. Твоя голова…
— Может, мне ещё и не жрать? Уйти отсюда⁈ — вспылил Зиг.
Тьфу, глупый мужчина! — я выпрямилась и насупленно взглянула на его злое лицо. Зиг испепелял меня глазами. Воистину, огненный князь! Но его здоровье было важнее гордости, считала я, потому сказала:
— Я не прошу кидаться в крайность, — проговорила я, изо всех сил стараясь оставаться ласковой. Ответными криками и упрёками я ничего не добьюсь. Ещё за нож схватится. Успела понять, что злостью Зига не напугаешь. — Я боюсь за тебя, любимый, вот и прошу поберечься. Неизвестно, как твоя голова воспримет хмель. Прошу, не пей!
Зиг вздохнул и откинулся на спинку трона. Он взглянул на эль в своём роге и покачал в руке. Эль заплескался. Никогда не видела мужа таким тоскливым.
— Что скажут мои люди? «Князь совсем издох, даже не нажирается, как свинья!». Не могу, Катерина. Меня поднимут на смех.
Я закатила глаза. Мужчины!.. Но понимала, что он почти сдался. Ох, и почему же чтобы помочь ему, надо сражаться с ним? Хватит ли мне сил?
— Ничего они не скажут. Просто не проси Бьёрна наполнять тебе рог и делай вид, что пьёшь. Никто и не заметит, — и улыбнулась самой нежной улыбкой, которую умела изображать. Взяла его руку и сделала жалостливый взгляд. — Ради меня, мой князь. Прошу…
Зиг закатил глаз и грязно выругался сквозь зубы. Потом буркнул:
— Ну ладно, твоя взяла, хитрая лиса.
Вскоре пришли Йорген и Беатрис, сияющая от счастья, около как всегда небритого и мрачного в чёрной рубашке воеводы. Они подошли к нам.
— Всё готово, князь. Тащить сундуки сюда? — спросил Йорген.
— Тащи. Как раз управимся до полуночи. Ведьма ещё не пришла?
— Пока нет. Парни ждут её у ворот. Скоро будет, она всегда приходит вовремя.
Ведьма? Наверное, та самая, что отказалась лечить моего мужа. По коже прошёл холодок. Никогда не видела ведьм… интересно, она страшная?
Слуги притащили в зал сундуки и меха, дорогие ткани. Князь оставил меня и спустился с помоста вместе с Йоргеном. Воины притихли. Настало время получить награду от князя.
Я понурилась, наблюдая, как муж и его верный пёс раздают людям подарки. Потом привели наложниц. Девушки были одеты в лучшие наряды, ибо сегодня их станут выбирать. Не сказать, что выглядели они радостными. Их поставили у сундуков рядком. Князь вышел перед ними и оглядел своих воинов. Бергсландские волки жадно следили за красивыми девушками, как те теребили косы, сжимали пальцы, переступали стройными ногами.
Волки облизывали пасти.
— Я помню, что обещал вам особенные подарки, — заговорил Зиг в тишине. Его слушали с трепетным вниманием. — У меня есть девятнадцать наложниц, каждая из которых стоит дороже, чем эти проклятые сундуки.
Он пнул один из сундуков сапогом. Монеты и серебряные чаши внутри звякнули.
— Девушки хороши собой, опытны в постели и получат приданое от меня. Да, вы правильно поняли, псы, это не рабыни, а невесты. И я отдам их лишь самым преданным, самым свирепым из вас!
Воины загудели. Я видела недоумение на их лицах. Конечно, рабыню можно унижать и выбросить, когда надоест. Убить! А княжескую невесту… Боги, Зиг, как я счастлива, что ты прислушался ко мне! Может, я постараюсь забыть твою грубость и смогу снова целовать твоё суровое лицо.
— Сегодня я дам вам выбрать понравившуюся девушку и познакомиться, — распорядился князь. — Потом сыграем свадьбы и погуляем на славу. А пока пейте, волки, и пусть ваши кружки не пустеют от эля!
— Хранят тебя боги, князь! — рявкнул один из воинов. Он вскинул кружку. Ему вторили другие:
