Прикрыв глаза, лейтенант почувствовал, как по лицу стекает влага, что быстро испаряется под жаркими лучами полуденного солнца. Ещё секунду назад было приятное утро, а теперь светило сияло в зените, опаляя всякого, кто посмел выйти под его лучи.
Постаравшись отрешиться от происходящего, Юй со всей силы сжал кулаки, жмуря глаза. Стараясь заглушить в себе эмоции, он отталкивал эти приятные моменты, что навсегда остались в глубине его сердца.
Мягкое шуршание домашней одежды и вежливое покашливание сбили ему всю наработанную концентрацию. Склонив голову к груди, Юй яростно мотал ей из стороны в сторону, раскидывая свои волосы.
Спустя пару секунд на его плечо опустилась покрытая мозолями ладонь. Широкая и тёплая, она накрывала его детское плечо, которое уменьшилось незаметно для глаз.
— Не волнуйся. Даже если ты не окажешься магом огня, ты всё равно останешься моим сыном.
Не выдержав накативших эмоций, Юй по-детски всхлипнул, чувствуя, как из глаз начинается настоящий потоп. Не поворачивая головы, он ринулся вперёд, врезаясь в тело стоящего перед ним человека.
— Ох… Аккуратнее, вот ведь уже как вымахал.
Обхватив спину говорящего руками, Юй держался за него, как утопающий за спасательный круг. Вдавливая себя в широкую грудь человека, он мочил своими слезами его рубаху, пока тот ласково гладил волосы мальчика.
— Какой же ты стал чувствительный. Ну, хватит… Лучше посмотри на меня.
Взяв себя в руки, Юй сделал шаг назад, разжимая крепкие объятия. Откинув чёлку, он поднял лицо вверх, где на фоне солнца скрывался силуэт Гуань Ли.
— Здравствуй, папа.
Когда глаза привыкли к яркому свету, сквозь пелену слёз появился его отец, что сейчас по-доброму усмехался, смотря на своего первенца. Удерживая мальчика двумя руками за плечи, он оглядел Юй с головы до ног и шутливо-недовольно покачал головой.
— Так дело не пойдёт. Я ожидал, что мы встретимся, когда ты станешь белобородым старцем и познаешь все виды магии. Неужели ты ничему не научился за столько лет?
— Ха…Ха-ха.
Тихий надрывный смех над глупой шуткой разлетелся по заднему двору. Юй взлохматил свои короткие волосы, удивляясь, как давно они не были такой длины. Запрокинув голову и сделав глубокий вздох, мальчик прогнал по телу Ци, чувствуя, как знакомая сила отзывается на призыв.
От самых кончиков пальцев до макушки он чувствовал токи Ци, что пронизывали его тело. Выталкивая чёрную гадость, что равномерно оседала внутри него, он медленно дышал, вспоминая наставления мастера Кая.
Спустя пару минут прежний Гуань Юй открыл глаза, смотря на своего отца внимательным взглядом карих глаз. Практически чёрные глаза неотрывно прошлись по всему телу Ли, что ожидал, когда его сын закончит.
Длинные волосы, стянутые в хвост, вновь болтались на ветру. Крепкая броня, покрытая новыми сколами и трещинами, висела на теле, а в руке гордо сиял "Лазурный Дракон", что сейчас жадно требовал нового боя. Улыбнувшись оружию и проведя по шершавому древку рукой, Юй успокоил своё воображение и вернул всё внимание к отцу.
Такой же, как и в последний раз. Высокий и стройный, с такими же длинными волосами. Слегка покровительственный взгляд, что достался ему вместе с должностью и званием, и лёгкая улыбка на устах.
Сделав резкий выпад, Юй впечатал кулак в лицо родителя, успев заметить, как меняется его лицо перед ударом. Когда Ли оказался на земле в паре метров от лейтенанта, Юй удовлетворенно выдохнул, но ярость и боль всё ещё набирали обороты в его сердце.
— Я не скажу тебе спасибо. Я сам справился с этим! Без тебя! Я со всем теперь могу справиться сам и призрак мёртвого старика мне не нужен.
— Я знаю… Ты так вырос, мой мальчик. Стал таким сильным…
— Заткнись! Просто замолчи, — цедя слова сквозь сжатые зубы, Юй навис над своим отцом, что даже не предпринял попытки подняться, — что толку от твоей похвалы? Просто исчезни, как сделал это тогда и мы оба забудем об этом.
— Вот оно что…
Не успев договорить, Ли получил новый удар по лицу, а усевшийся на него сверху Юй начал наносить их снова и снова, подкрепляя тумаки своими словами.
— Ты просто сбежал!
Удар отправляет голову Ли в сторону. Проморгавшись, он попытался вставить слово, но пришлось сцепить зубы, чтобы не прикусить язык.
— Бросил меня на дядю Пинга и ринулся умирать!
Новый удар в висок мотнул голову ещё сильнее, от рук сына начал исходить жар, а твёрдость кулаков была сравнима с гранитом.
— Думаешь, тебе одному было больно и страшно!?
Несколько зубов вылетело изо рта мужчины, а один глаз заплыл настолько, что больше ничего не видел.
— Ты был нужен мне тогда, а не сейчас! Понимаешь?
Схватив Ли за грудки, Юй яростно тряс его, выкрикивая в лицо родителя всё больше вопросов, на которые так и не получал ответов.
Сгорбившись над обессиленным телом отца, Юй почувствовал, как по его лицу снова текут слёзы, но в этот раз они были наполнены злостью. Застарелые душевные раны, что он прятал так долго, вновь открылись, не желая закрываться.
— Почему ты бросил меня?
— Прости меня… Юй, прости.
