Мужчина сидел с распахнутыми от удивления глазами, по его радужке вновь пробежался травяной отлив. Стоило мне произнести это, как я ощутила, как сидевшие в глубине чувства вырвались наружу. Я старалась не думать об этом, но чем чаще на тренировках я перебивала собственную черту предела, тем больше я начинала верить в то, кем могу стать… Человеком, который не убежит, бросая товарища в заварушке… стала честнее с самой собой.
— Ты наконец смерилась и стала думать, как воин…
Рахим качнул головой, словно пытался сбросить наваждение и рассеянно уставился на наши руки.
Минуты тонули в тишине и испарялись в безвременье. Мы сидели, думая каждый о своём, слушая редкие выкрикивания детей. Комната, опущенная в полумрак из-за расположения окон ко двору и обилия деревьев, создавала странную атмосферу с далёкой, яркой площадкой. Я почувствовала, словно наступила ночь, когда ещё не кончен день и в непонятном трепете сделала судорожный вздох.
Где-то снизу, может в одной из квартир, а может в самом подвале, находится то, что разрывает привычную картину мира на две части, расширяет границы зрения и уводит в неведомое и пугающее «новое». Это то же самое, что рассуждать о бесконечном космосе, как с нашим миром, может объединяться иной? Это никак не укладывалось в голове, я не могла думать о ней как о чём-то волшебном… Это была затягивающая воронка, желающая поглотить, уничтожить… стереть тебя.
Эта мысль привела меня к рассуждениям о собственной борьбе и поражении в схватке с Диной. Я вновь и вновь прокручивала к голове наш поединок и наконец осознала, что было иным, отличным от реальности; бывшим второстепенным, но ставшим главным, ибо я отбросила её, не увидела. Меч был настоящим. Я держала деревянный тренировочный меч, когда попала в «видение» и создала иную реальность, в которой я очень сильно, хотела настоящего убийства.
«Мда»- я сокрушённо потёрла лицо свободой рукой-«Внимательности мне явно не хватает»
— Что такое? — Хедрот словно сонно, с прикрытыми глазами поднял на меня взгляд.
— Поняла, что было не так в поединке с Диной.
— И что же? — он неожиданно полностью опустил руку и прилег на стол, вяло качнув головой в знак того, что слушает.
— Меч, что я держала в своём воображении был настоящий, а не тренировочный. — его сонное состояние передалось и мне, но я мягко выпуталась из его руки и подняв тарелки, отправилась мыть посуду. Он накормил, я убрала.
— Чаю хочешь?
— Думаю, после чая я совсем усну. — рассмеялась я.
Рахим поднялся и подошёл к холодильнику.
— Мм… нет, лимонад закончился- сокрушенно вздохнул он- сегодня душновато.
— Сейчас бы холодненькой окрошечки. — отозвалась я.
— Ты умеешь её готовить?
— А чего там готовить то? — вновь рассмеялась я и выключив воду, взглянула на браслет, с учителем часто теряется напряжённость происходящего- Рахим, что теперь делать с браслетом?
— Всё в порядке. В каком-то смысле, твоей божественной силе вообще фиолетово на его наличие. — Хедрот направился в комнату, я за ним. — В момент активации браслета, среагировавшего на кровь Его Высочества, божественная сила выступила щитом против его влияния… Твоя рука покрылась льдом. — он помахал мне своей правой рукой и достал из шкафа рюкзачок, аккуратно роясь в лежащих там вещах.
Я подперла косяк двери и хмуро ответила.
— Это всё равно было болезненно.
Рахим не ответил, только начал стягивать футболку в желании переодеться. Я юркнула в коридор и смущенно уставилась под ноги.
— В любом случае, это во многом может упростить тебе жизнь- пробубнил учитель и я услышала как вновь открылся шкаф. — О! Хм… А почему бы и нет?.. Мартышка, смотри что нашёл, и угадай, что делать сегодня будем?
Чувствуя очередную непредсказуемую забаву, осторожно заглянула в комнату. Рахим кинул на диван странную круглую сумку. Я уже видела такие: в них находятся палатки. Кажется, кто-то хочет устроить что-то не совсем удобное.
— Вы серьезно?
Он подмигнул мне и принялся, застёгивать рюкзак с вещами, потом направился в ванную и вынес оттуда сумочку с ванными принадлежностями. Когда всё это было упаковано, я почувствовала, что это в этом месте более не осталось не единого предмета, говорящего, о проживании здесь кого-либо. Словно с этими вещами, учитель забрал само своё «присутствие», не оставив ничего.
«Создаётся впечатление, что так он поступает всегда… держит все в одном месте, чтобы сразу взять и уйти. Словно любой дом, для него лишь временное пристанище… должно быть я надумываю. Он ведь не живёт в этом мире, зачем ему обживать эту квартиру?.. Я продолжаю смотреть со стороны человека, у которого всё ещё есть дом, и место, в которое можно вернуться… Когда как, я такая же, как и он. Не могу назвать ни одно место, где буду жить, «домом», в котором могу остаться навсегда»
— …зависла? — Рахим помахал рукой перед лицом- Не слушаешь меня?
— Мм… — на манер учителя, ответила я неопределённостью, и невольно улыбнулась. Когда он так отвечает мне, мне всегда хочется его стукнуть чем-нибудь.
