– Блин, – я поморгал, возвращаясь в реальность, – извини, а. Зачитался.
– Ничего… – пробормотала девица, – я вот… тоже.
И снова уткнулась взглядом в листок.
– Твой знакомый? – кивнул я на заметку.
– Н-нет, – испугалась она.
Я удивился – с чего бы ей нервничать?
– Я о нем и не слышала даже, – лепетала девчонка.
А вот это явное вранье. Историю "гражданина с третьего" знал весь мегаполис. Уважаемый, солидный господин, годовой доход – с бюджет крохотной страны, жена, сын, апартаменты на последнем уровне – выше только Башни… И вдруг пропал. Служба безопасности честно отработала все версии – несчастный случай, "действия, описание которых может негативно повлиять на моральные устои и нравственность мужского населения", действия злоумышленников с "целью, описание которой может повлечь за собой стремление населения к незаконному, но легкому обогащению"… Ничего. И тут вот нашелся. Увы, уже мертвым.
– На работу идешь? – я счел за благо сменить тему.
– С работы. Я… в ночь.
– Бывает, – кивнул я, присматриваясь к девице. А она ничего вроде. Смахивает на школьницу – длинные тонкие ножки, щуплая фигурка подростка. Волосы густые, рыжие – целая грива.
– Я Корн, – присаживаясь рядом с девицей, назвался я. – А ты?..
– Фира.
– Фира… – я будто попробовал имя на вкус. – Фира-Фира, из какого ты эфира?
Девица улыбнулась, на бледное лицо вернулись краски.
– Слушай, – я чувствовал к ней необъяснимую симпатию, – а давай вечером я тебя чем-нибудь угощу?
– Даже не знаю… – Фира помялась. Но меня ее скромность распалила еще больше – сейчас такое днем с огнем не сыщешь, все девки как на подбор, сами на шею вешаются, а эта…
– Мне на работу сейчас надо. Я буду тебя вечером ждать в "Пончо пабе", идет? В шесть.
– Идет, – она снова улыбнулась, но как-то нерешительно.
– Телефончик запиши, – я продиктовал ей номер, и она послушно ввела цифры в огромный лопатообразный смартфон флагманской модели. В ее тощей лапке он смотрелся инородным предметом.
– И свой давай, – на этот раз я посеменил пальцами по сенсорной клавиатуре своего "дольфона".
– Все, записал, – я поднялся, – до вечера, Фира.
– Пока, – она махнула мне рукой.
Конечно, одним походом в паб мы не ограничились. "Скромница" Фира оказалась совсем не прочь, а вытворяла такое, что меня чуть удар не хватил. Позже, однако, выяснилось, откуда у нее такие познания в области мужской анатомии.
Фира была "ночной бабочкой". Об этом, трогательно краснея, она поведала мне сама – и замерла, будто ожидая, что я наброшусь на нее с кулаками. Вот чудная. Зачем мне лупить такое сокровище?
Тот факт, что Фира – шлюха, задевал меня меньше всего. Моя предыдущая пассия, хоть шлюхой и не была, по сути оставалась такой же платной девкой, а мужиков у нее перебывало больше, чем у Фиры – по крайней мере, если подсчитать тех, о которых я знал.
Я отвозил ее в бордель вечером и забирал по утрам. Меня не волновало, с кем она спит – так же, как ее не волновали детали барабанов, которые я собирал. Она спит – я собираю детали. Работа есть работа.
"Ночные бабочки" в нашем городе уважением не пользовались, но и не были запрещены. В те золотые времена расцвета мегаполиса на каждом уровне насчитывалось по два-три десятка зарегистрированных борделей. Любой желающий мог прийти и… Ну, забота об удовлетворении потребностей – превыше всего. Очистите мысли свои, господа, от бренных побуждений, и вперед, к трудовым подвигам. И Praise the Sun…
