Я достала книгу, принесённую с собой. Темновато тут для чтения, но надо же чем-то заниматься на протяжении двух часов, пока меня не прекратят искать? А я была уверена, что сюда почти никто кроме меня не заходит. Всё ещё.
Но вот услышала лёгкий хруст еловых иголок под чьими-то ногами. Чуть не застонала — что за день-то такой?!
Быстро свернула плед, отбежала от дорожки и спряталась в тени деревьев, следя за незваным гостем.
Но стоило мне увидеть знакомый золотой блеск, и я решительно вышла навстречу, застав сестру врасплох. Элис вздрогнула, когда увидела меня. Я мысленно фыркнула. Она не ожидала никого тут встретить. Интересно, тоже прячется или что-то задумала?
Однако эта златокрылая девушка не была бы собой, если бы мимолётное удивление не сменилось холодной маской пренебрежения. В этом вся она. Прекрасная и холодная. Говорит, что знает себе цену, а я считаю: задирает нос. Её любимая песня «Что всё обо мне, да обо мне. Поговорим о вас! Как я вам?»
За столько лет я не прониклась к этой химмель и крупицей тепла.
— Что ты тут забыла? — спросила она у меня.
Я рассматривала струящееся платье, облегающее её стройную фигуру. У неё, конечно, нет некрасивой одежды, но сегодня она нарядилась так, будто для кого-то. Чтобы произвести впечатление. О, так она решила сбежать к тому виконту?
— А ты полетела к своему петуху вопреки запрету маркиза, — констатировала я. — Он будет недоволен, если узнает.
Элис перекинула золотую косу через плечо, буравя меня враждебным взглядом. Кожа у неё была мраморной, а выразительные глаза напоминали кусочки янтаря. Истинная аристократка, представительница народа Небес.
— Бедняжка Вивьен. Расскажешь родителям? — усмехнулась Элис. — Кстати, они тебя ищут. И кто бы мог подумать, что ты прячешься здесь. Но должна признать, что в этой дыре ты выглядишь весьма гармонично.
Ясно, она угрожает выдать мой тайный уголок. И хоть мне совершенно не нравился тот идиот, от которого потеряла голову Элис, сегодня мне придётся быть паинькой, смирившись с её действиями.
— Нет, я никому ничего не расскажу. Как и ты.
Мы обменялись кивками и разошлись восвояси. Сестра раскрыла крылья и взлетела. Только отсюда её сверкающее великолепие не было заметно из окон поместья.
Я села на уцелевшую скамейку, но книгу не раскрыла, задумавшись.
Я с самого детства живу с семьёй нер Стоунхаус. Но чувствую себя здесь, мягко говоря, неуютно. Единственный, кто обращается ко мне как к живому существу — маркиз нер Стоунхаус. Его жена же меня просто ненавидит. А их дочь Элис… понятия не имею, что у неё на уме. Да и, думаю, никто не знает.
Элис называют моей сестрой, я в мыслях называю её также, но ничего сестринского между нами нет. Мы абсолютно разные!
Я полукровка. По крайней мере, мне так говорят. Моя мать приходилась сестрой маркизу, а отец был успешным торговцем, но не аристократом. И у меня, как и у него, нет крыльев. Хотя в целом я похожа на представителей народа Небес — химмель. Не знаю, сильна и быстра ли я, как и они, но больше всего меня раздражают их невероятно долгие, в отличие от людских, жизни.
Если люди становятся невыносимыми маразматиками с шестидесяти, представляете, каково жить рядом с теми, кому уже не одна сотня лет?! Только с прожитыми годами химмель становятся лишь опаснее и злее, в то время, как люди чахнут и увядают.
Почти вся знать в нашем королевстве крылатая. Их оперение совпадает с цветом волос. И всегда напоминает металл. Вот Элис золотая, маркиз медный, а его жена тоже блестит как начищенная золотая монетка, но чуток темнее.
Если бы у меня были пернатые крылья, думаю, они бы казались чёрным металлом. Кожа у меня немного смуглая, что стало ещё одной причиной насмешек Элис. Но я давно не обращаю на её колкости внимания.
А вот мои крылья — мой секрет. В отличие от обычных крыльев остальных аристократов, мои могут исчезать, если я захочу. Их я обнаружила не так давно и сильно удивилась и обрадовалась, когда разглядела, что именно шевелится за моей спиной. А потом проревела несколько ночей в подушку.
Я выпустила их. Вновь кольнуло жуткое разочарование.
Почему никому не показываю крылья? Да это же смех один!
Только взгляните на коротенькие некрасивые конечности! Я посмотрела, сильно вытянув и повернув голову. Куцые крылышки едва ли доставали до пола, когда я стояла, хотя носить их всё время поднятыми, как это делают остальные химмель, у меня никогда не получалось. А ещё на сгибах крыльев были страшные острые когти. Радует то, что они прочные, как будто действительно сделаны из металла. Скрыла свой позор снова.
Когда солнце начало опускаться на верхушки деревьев, я неспешно направилась к поместью.
***
Выговора мне удалось избежать, но ради этого я проигнорировала слугу, который позвал меня на поздний ужин.
Заснуть тоже плохо получалось. Знаю, что приснятся кошмары. Лёжа лицом к окну, я непрерывно следила за белой луной. Белой, безопасной. Но частенько я вспоминаю, что происходит, если луна покраснеет, а солнце побелеет.
