Глаза профессора увлажнились, он быстро несколько раз подряд моргнул. Никто кроме него не знал, скольких усилий ему стоил стоицизм этих тревожных дней. Доктор показал ему какие-то бумажки с цифрами, отметками, распечатку кардиограмм. Профессор все разглядывал, хоть ничего не смыслил в этом. Он понял главное – Нина поправляется, опасность миновала.
- Но поговорить с ними, к сожалению, пока что нельзя.- сказал доктор Мортон, снова превращаясь в серьезного и озабоченного.- Думаю, дня через два-три. Да, вот еще что! Давно уже хотел кое-что вам отдать.
Он взял профессора под руку и повел в свой кабинет.
- В целях дезинфекции мы уничтожили одежду, в которой были найдены Дин Симпсон и ваша дочь. Но вот её украшение…- доктор отпер небольшой сейф и вытащил оттуда золотой кулон с рубином.- Возьмите. Вещь, видимо, ценная. Так что будет лучше, если вы заберете его домой.
Профессор молча взял из рук Мортона украшение и так пристально и долго его разглядывал, что доктор нервно переступил с ноги на ногу.
- Уверяю вас, это единственная ценная вещь, которая при ней была..
- Да-да, разумеется,- рассеяно пробормотал Сондерс, пряча драгоценный кулон в карман.
***
Конечно Каму сильно огорчил поступок Табо, но она очень быстро его простила. Зато он сам не желал себя прощать и отказывался покидать тюрьму.
- Оставьте меня здесь, ваше высочество. Я не заслужил ни вашей дружбы, ни вашей доброты.- твердил он в ответ на уговоры царевны, которая сама пришла забрать его отсюда.- Я предал вас, я поступил как последний глупец. Хотел спасти Брийю, а сделал только хуже. Я заслужил казни. Вот и накажите меня. Все равно жизнь для меня ничего больше не значит.
Кама, видя как убивается бедняга, даже не стала упрекать его в том, что не доверился ей — единственное, что ставила ему в вину.
-Тем, что ты останешься тут, Брийе не помочь.- настаивала она.
- А что я могу сделать для неё на свободе?- безнадежно спросил Табо.
- Я пока не знаю, что еще можно предпринять.- грустно созналась царевна.- Но я не теряю надежды хотя бы на чудо.
Кама говорила правду. Она испробовала все средства. Лорд Рам непреклонен — это стало ясно по тому, как он вел себя, когда она приходила его проведать. Ей показалось даже, что ему доставляет удовольствие сознание того, какую боль её сердцу причиняет вся эта безвыходная ситуация. Не выдержав, она прямо заговорила о деле переписчицы, она унизилась до мольбы. Рам слушал, не глядя на неё, скривившись не то презрительно, не то насмешливо. И ничего не ответил. Кама поняла, что напрасно старается. Если он отказался когда-то пощадить Дина и Табо, ничего ему не сделавших, то уж теперь, имея причины для мести, тем более не смягчится.
Но Кама ничего этого не стала говорить убитому горем зулусу, а сказала другое:
-Брийя, знаю, попросила бы меня о тебе позаботиться и защитить. Как я могу не выполнить её просьбу? Я не знаю, что предпринять, и мне одной тяжело что-то придумать. Хоть я готова, признаюсь, пойти даже против наших священных законов, чтоб ей помочь.
Табо схватил руку царевны и горячо пожал. Слов у него не было. Он-то понимал, что значит такое признание для Камы. Они какое-то время молчали. Потом Кама тихо спросила:
- Скажи, где ты нашел указ Игтепа?
Табо тяжело вздохнул.
- В скипетре царя.- признался он.- Простите меня.
Кама опустила голову.
- Значит, это правда.- прошептала она.- Отец и советник Кут умышленно спрятали завещание.
- Видимо, у них имелись на то основания.- постарался утешить её Табо.- Я даже догадываюсь какие. Скажите, ваше высочество, вы действительно готовы пойти против закона ради Брийи?
Кама взяла его руку, крепко пожала и сказала:
-Да!
***
Нужно было настоять, забрать у царя этот злосчастный свиток уже давно и спрятать понадежнее. Ведь он предлагал уничтожить его с самого начала. Но Нерада не решался так поступить с завещанием грозного отца. Его без конца мучили сомнения, угрызения. Сломить их не удалось. Верховный советник Кут вздохнул. Ему тоже не нравилось ощущение, что нарушает законы, на страже которых должен стоять. Но ради спокойствия Ак-Барры как не пожертвовать собственным?
Размышления Кута прервало появление царевны Камы.
- На вас нет лица, ваше высочество.- с беспокойством сказал ей старик.- Не терзайте себя так. На все воля богов.
- Увы, и на то что Брийя так жестоко поплатится за нас обеих?- горько спросила царевна. Кут промолчал.
- Я не хочу тревожить и утомлять отца. Он еще не совсем здоров.- молвила Кама, садясь рядом с советником.- Но я не в силах сносить неведение. Почему завещание Игтепа Тридцатого спрятали? И почему оно вообще появилось? Разве не отец должен был занять трон по всем законам и правилам?
Кут вздохнул и покачал головой.
-Чтобы объяснить вам это, придется кое-что поведать из истории царской семьи.
-Это история моей семьи, советник. Я должна её знать. Даже, если в ней случались события, о которых знать неприятно.- твердо ответила Кама.- Я уверена, что не стану хуже думать об отце или о вас. У меня не может быть для этого оснований.