Как ее только не называли! Полицейские вроде как признавали ее жертвой, но то самое хрестоматийное «Сама виновата» без труда читалось на их лицах. Свете отчаянно хотелось доказать им, что они не правы, что были обстоятельства, которые подвели Лолу к смерти, что умерла она вовсе не из-за того, что решила переспать не с тем мужчиной.
Но доказать так ничего и не получилось. Версия полиции и журналистов была унизительно простой: русская туристка раздвинула ноги не перед тем парнем. Экспертиза показала, что перед смертью у Лолы был добровольный секс, причем где-то на побережье. Потом она, вероятнее всего, сама пришла на дикую часть берега, туда, где ночью никто бы не услышал ее крики… И ее не стало.
Отменить все это и отмотать назад было нельзя. Свете оставалось лишь смириться и каким-то образом жить дальше. А это было совсем не просто! Ей долго снились кошмары, она рыдала во время каждого нового допроса. И только ей показалось, что та чудовищная глава ее жизни наконец закрыта, как явились эти двое и снова заставили ее пройти через ад.
Теперь они сидели за столом напротив нее и внимательно за ней наблюдали. Женщина ее откровенно нервировала — строгая, в сером деловом костюме, совсем без косметики, а главное, взгляд такой пронизывающий, темный. Как будто она хотела в чем-то обвинить Свету! Например, в том, в чем Света и так уже полгода винила себя: что не уберегла, не защитила.
Мужчина был поприятней. А может, ей просто показалось? Он ничего особенного не делал и не пытался поддержать Свету. Но от него исходила такая аура спокойствия, что смотреть на него было куда проще.
Они использовали страшные слова, от которых Свету трясло. Лолу они называли «Лолита Мельничук». И это вроде как было правильно — но слишком холодно! «Ей было двадцать три года, верно?» — как будто не могли проверить по документам и не бередить Свете душу!
Но больше всего их интересовали мужчины в жизни Лолы. Им, похоже, хотелось, чтобы это был один человек с известными паспортными данными. Их никак не устраивало, что вокруг красивой, яркой и раскрепощенной Лолы собирался целый рой никчемушников, обычно — иностранцев, и никого из них Света не знала.
— У турецкой полиции были какие-то подозреваемые, — наконец не выдержала она. — Почему бы вам с ними не связаться? Зачем мне напоминать об этом?
— Потому что вы — куда более надежный источник информации, чем турецкая полиция, — спокойно пояснила женщина. Света прослушала ее имя, а потребовать снова предъявить удостоверение не решалась. — У них были подозреваемые для галочки, которые теперь все оправданы и отпущены. Дело до сих пор открыто. Но у нас есть основания считать, что убийца Лолиты не был иностранцем. Скажите, у нее были отношения перед поездкой?
— Никого! Я это тоже говорила. Вот год прошел, как она со своим Лешиком рассталась, — и все, никого больше.
— А если не отношения, а нечто менее приятное? — вмешался мужчина. — Было такое, что кто-то преследовал ее? Она на кого-нибудь жаловалась?
Несмотря на то, что весь разговор ей хотелось расплакаться, теперь Света засмеялась.
— Лола? Жаловалась? О нет, такого не было — и не могло быть! Если ей что-то не нравилось, она шла и решала проблему. Если бы какой-то удод попытался за ней следить, она бы просто свернула ему шею! Лола не боялась никого и ничего.
Света запнулась, вспомнив, к чему это привело Лолу. Но она в любом случае сказала странной парочке все, что хотела: никто ее подругу не преследовал. Да если бы у Светы был хоть один толковый подозреваемый, она бы уже наняла всех детективов в мире, чтобы доказать его вину!
Но такого подозреваемого не было. Полиция Турции никого не нашла. Вроде бы, родители Лолы нанимали кого-то для расследования — и тоже безуспешно. Со временем им пришлось смириться с мыслью: человек, который это сделал, оказался в отеле случайно, а потом попросту исчез.
— Спасибо, — кивнула ей женщина. — Если вспомните что-то еще, вы всегда можете позвонить нам.
Она проводила гостей к выходу из квартиры. Свету не покидало чувство, что она снова подводит Лолу — в который раз не может сказать следователям ничего важного! Чтобы хоть как-то подавить это, она тихо добавила:
— Она была очень хорошим человеком… Лола. Всегда, за всю свою жизнь она ни с кем по-настоящему не поссорилась! Если ей кто-то не нравился, она с этим человеком просто не общалась. Может, она жила не идеально, но этим она никому не причиняла вреда. Так почему тогда она умерла?
Она надеялась, что уж теперь следователи ей ответят — но ответа не было ни у кого.
Ярослав знал, что расследование там непростое, и этого ему было достаточно. Он не стал вдаваться в подробности, потому что боялся слишком увлечься. А это было бы непростительно, ведь его нынешняя миссия куда важнее — хотя бы потому, что занимается ею он один.
Леон сейчас почти постоянно оставался с Анной, чтобы получить его внимание, пришлось немного соврать. Ну а что делать? Приходится вертеться! Ярослав попросту заявил ему, что его присутствие сегодня обязательно требуется в офисе.
